Сломанные крылья

Ну, что ты плачешь, ты ж сказала, жизнь спасли? Красивый парень? Если бы это кого-то спасало от несчастий. Давай я запишу все телефоны, твой тоже, чтоб по книжкам не рыться. Держитесь.

Стелла положила трубку, лицо ее стало грустным. Нинка и в школе вечно всем пыталась помочь. Сейчас на почте работает. Надо же, какая беда у этой ее подруги.

В комнату вошла Надя в джинсах и майке.

– Одноклассница моя. Денег немного просила.

– Ну, это конечно, раз одноклассница.

– Да она не для себя. У ее подруги сын пытался покончить жизнь самоубийством.

Сейчас в больнице, состояние тяжелое, а средств у них нет.

– Что, серьезно? А из-за чего это он?

– Девушка у него пропала.

– Ничего себе эмоции!

– Нина говорит, парень красив как бог.

– Ты повезешь им деньги?

– Да нет. Шофера пошлю.

– А хочешь, я отвезу? Никогда не видела самоубийц.

Никита приоткрывал глаза, видел больничные стены, капельницу, маму у своей кровати, но задержать взгляд, произнести хотя бы слово не было сил.

Вдруг раздался шум. Медсестра пыталась кого-то не пропустить в палату, но незнакомая девушка решительно отстранила ее и подошла к кровати.

Никита слышал, как мать смущенно, почти перепугано благодарит за что-то. Он с усилием поднял ресницы и встретил прямой и внимательный взгляд серых глаз. Его длинные ресницы вновь опустились на щеки. Лена вышла с Надей в коридор.

– Не знаю, как вас благодарить. Надо же, совершенно чужим людям помогаете.

– Не совсем чужим, – приветливо ответила Надя. – Нина – мамина одноклассница, в школе они очень дружили.

– Но я даже не представляю, когда смогу вернуть вам долг.

– Не держите в голове, – властно сказала Надя. – Вам есть о чем думать. А что же случилось с этой девушкой, из-за которой он… это… так поступил?

– Если бы знать, – печально ответила Лена. – Она просто пропала.

– Но почему он и вы подумали, что случилось что-то ужасное? Может, она уехала, ну там с друзьями, забыла или не захотела предупредить.

– У них не такие отношения, Оля не такая девочка. Наши дома рядом, она просто должна была перейти улицу и войти в свой подъезд, как делала это сотни раз.

Но утром оказалось, что она дома не появлялась. Первый раз в жизни. Ее мама не позвонила нам ночью, подумала, что она у нас осталась.Так бывало… Прошла уже почти неделя. В милиции ничего конкретного сказать не могут. Никаких свидетелей, никаких следов.

– Да, там, конечно, одни умельцы – следы искать. А вы сами обзвонили ее знакомых?

– Обзвонили, обыскались, обспрашивались. А время идет.