Сломанные крылья

– Нет, через забор ты не полезешь. Потому что ты с нами. Никаких гоп-стопов. У нас ничего нет для внедрения. Я даже не об ордере говорю, а о подозрениях. Кто-то что-то сказал, кто-то с кем-то спал, кто-то где-то умер. Это пока истории для женской бани.

– Ты все доступно объяснил. Но хоть немного подождем?

– Я покурю вон на том холмике. Оттуда, наверное, окна видны, занавески, то да се.

– Посматривай, конечно. Такая твоя профессия. Сергей сначала подошел к машине, в которой сидели Надя и Никита.

– Похоже, никого дома нет.

– А мы не можем, скажем, через забор… – начал Никита.

– Ни в коем случае. Нет формальных оснований. Давай не будем проявлять вредную инициативу, а то Слава прогонит не только тебя, но и меня.

– Не буду, – послушно сказал Никита.Сергей пошел на холм, закурил, задумчиво разглядывая окна дома, закрытую дверь террасы.

– У меня одна бывшая одноклассница живет точно в таком же доме, – сказала Надя Никите. – У них гараж в подвале и выезд с другой стороны.

– Если мы незаметно посмотрим, думаю, ничего страшного?

– Я сейчас дам задний ход, сверну, чуть-чуть проедем. Они не заметят, наши сыщики. Они крышу изучают, будто в планетарии.

Машина выехала задом к тихой, незаметной улочке, где не было ни людей, ни домов. Дом Васильевых с тылу тоже казался совершенно пустым. Но ворота на пружинах вдруг распахнулись, и на улочку начал тихо, осторожно выползать автомобиль.

– Останови, – сказал Никита и выскочил из машины. Он подошел к женщине, которая сидела за рулем, с извиняющейся улыбкой:

– Я прошу прощения. Вы не могли бы мне помочь? Я хотел спросить…

Ирина с ужасом смотрела на крупного парня и странную женщину, которая тоже вышла из машины. Бледная, прямой, пронизывающий взгляд… Она пришла за ее сыном. Она и какой-то бандит. Ирина опустила окно и нажала курок, целясь Никите в грудь. Надя видела это, как в замедленной съемке.

И себя она вдруг увидела со стороны: как рванулась вперед и закрыла Никиту собой. Ее сердце вдруг зажглось, его пронзила острая боль, и все исчезло.

Слава с интересом смотрел на худенькую женщину с озабоченным и, кажется, добрым лицом.

– Вы не догадываетесь, почему мы вас вызвали, гражданка Белова?

– Ума не приложу. Никогда не имела дел с правоохранительными органами. Что-то случилось? Какая-то жалоба на больницу?

– Немного хуже.