Сломанные линии

***

Мы прилетели в Хьюстон, где «Линии» должны были дать концерт, запланированный на завтрашний вечер. Все билеты давно были проданы. Фанаты выяснили, где разместилась группа в первый же час, как мы заселились в отель, и теперь караулили на улице.

После репетиции многие участники команды стянулись в номер Тега, где устроили небольшую вечеринку с пиццей и просмотром фильмов. Это был один из редких спокойных вечеров, когда никому не хотелось шумных, сумасшедших тусовок. Все ели, общались, кто-то играл в карты, кто-то – в том числе мы с Винсом – смотрели новый фильм про Мстителей, удобно устроившись на диване.

Фостер был в компании тех, кто играл в карты в другой части номера. Я не видела его, так как мы сидели спиной к игрокам. Но сегодня я постаралась заглушить сигнал своего радара, который постоянно был настроен на Кейда.

Мне почти это удалось. Я почти перестала выделять его голос среди остальных.

Я ела Skittles – свои любимые конфеты, – общалась с Винсом и смотрела фильм.

Мне было хорошо впервые за долгое время.

Где-то на середине фильма мой мобильный зазвонил. Чтобы не мешать другим, я пошла в свой номер и минут десять разговаривала с Джинджер. Попрощавшись с сестрой, я собиралась вернуться ко всем, но стоило мне открыть дверь, как я была втиснута назад в номер.

От неожиданности я растерялась и недоуменно уставилась на Фостера.

– Что ты делаешь?

– Я думаю, ты заблуждаешься по поводу своих обязанностей, – не обратив внимания на мой вопрос, недовольно произнёс Кейд.

Я подавила тяжкий вздох.

– О чём ты?

– О твоём флирте с пресс-агентом. Это превышение полномочий и непрофессиональное поведение.

Мои брови взметнулись вверх.

– Флирт? С каких пор обычный разговор расценивается как флирт?

Кейд промолчал, упрямо поджав губы."

"– Ты нигде случайно головой не ударился? Твои слова – полная нелепость!

– Ты забываешь, что всё ещё работаешь на меня, – скрестив руки на груди, заявил Фостер. – Если я говорю, ты исполняешь.

– Я не работаю на тебя! – мой голос повысился – я начинала выходить из себя.

Он сузил тёмные глаза.

– Может быть, а вот Винсента – запросто.

Я задохнулась от возмущения.

– И что это значит? Я должна игнорировать его, когда он обращается ко мне?

– Нет, если это касается рабочих моментов.

– Может, ты мне памятку напишешь, потому что я не совсем понимаю, чего мистер Раздутое Самомнение желает, – съязвила я.

– Может, и напишу! – огрызнулся Фостер.