Сломанные линии

– Знаешь, это следует застирать.

Я поднялась и потянула Тика за собой. Он не сопротивлялся.

Скорее всего, дело было в алкоголе, но, пока мы двигались в сторону уборных, моё воображение нарисовало несколько картинок того, как мы можем провести время вместе.

– Ещё раз извини, – с преувеличенным сожалением протянула я, включив воду и смочив бумажное полотенце, и принялась затирать пятна на светлой майке.

– Нет, я очень даже не против. Мне нравится то, что ты делаешь.

Я подняла голову. Его губы были совсем близко, и я засмотрелась.

Думаю, я подала ему некий сигнал, потому что Тик наклонился и поцеловал меня – быстро, сильно, вложив в поцелуй всё свое желание. Я застонала ему в рот, схватилась рукой за сильную шею, теснее прижимаясь к парню. Меня словно сняли с паузы, и я с голодом отвечала на атаки его рта. Он завёл меня, быстро, на полную скорость.

– Какая горячая девочка, – удовлетворённо пробормотал Тик, подхватив меня под ягодицы.

Ох, приятель, ты даже не догадываешься, насколько!

Я толкнула его в сторону кабинки – к сексу в мужском туалете Лорен Рейнольдс не привыкать.

– Презерватив есть? – сразу пошла в наступление я, стоило дверце за нами закрыться.

Тик ухмыльнулся.

– Всегда с собой!

Я кивнула, вновь набрасываясь на него с поцелуями, и быстро расстегнула ремень – у парня был огромный и уже полностью готовый.

Тик быстро распечатал презерватив, а я дёрнула его боксеры вниз – ничего, он и правда впечатлял!

– Какого хера ты таращишься?

Я замерла – Тик почувствовал это и с вопросом «Что-то не так?» взглянул на меня. Я покачала головой и опустила платье. Запал как-то разом потух. За дверью находился Кейд – я бы ни с кем этот голос не спутала. И судя по всему, он был зол.

– Фак! – прислонившись затылком к двери, под нос выругалась я. Потом послала извиняющийся взгляд Тику, который уже понял, что ничего не будет и застёгивался; и вышла из кабинки.

Не знаю, что я ожидала увидеть, но точно не то, как Кейд пялится на своё отражение, в то время как на гранитной стойке перед ним протянулись две белые дорожки. И по виду ещё пока нетронутые.

– Какого чёрта ты делаешь?! – заорала я, в ужасе уставившись на Фостера.

Тот вздрогнул от неожиданности и обернулся, тяжёлым взглядом смерил Тика, а потом и меня.