Сломленный принц

– Да и ты не создана для того, чтобы быть учителем. Наверное, тебе бы лучше начать заботиться о себе, потому что, когда придут результаты теста на отцовство, не думаю, что Каллум продолжит отстегивать тебе денежки.

Я беру миску с чипсами и направляюсь к двери.

– Ты тоже береги себя, – говорит она мне вслед, – потому что я не буду твоей жилеткой, когда Рид разобьет тебе сердце. А может, тебе стоит присмотреться к Гидеону? Слышала из надежного источника, что в постели он просто зверь.

Я не могу скрыть потрясение.

Брук заходится смехом.

– Какое же ты дитя! Этот ужас на твоем лице просто нечто. Вот тебе последний мой совет: выкини из головы мальчишек Ройал. Они только навредят тебе. Позволь нам с Диной помочь тебе распорядиться твоими деньгами, и мы все будем жить долго и счастливо.

– Я скорее поверю Риду, чем когда-нибудь доверюсь тебе.

Мой укол не производит на нее впечатления. Она широко улыбается и продолжает, как будто я вообще ничего не говорила:

– Не наделай ошибок – и тогда станешь подружкой невесты на моей свадьбе.

Было бы здорово, а?

Ха, я лучше пройду десять миль босиком по лаве, чем буду ее подружкой.

– Нет, спасибо."

"Ее глаза прожигают дыру в моем затылке, когда я выхожу из кухни. На моем пути возникает улыбающийся Рид.

– Так и знал, что ты до сих пор неравнодушна ко мне, – шепчет он.

Мне хочется отрицать это, сказать ему, что у него галлюцинации, но слова застревают в горле. Я не могу сказать ему ничего. Сейчас я слишком… ранима и не готова поговорить с ним начистоту.

– Ты только что заступилась за меня, – нажимает он, когда я ничего не отвечаю.

Я качаю головой.

– Я заступалась не за тебя, а за себя.

Глава 22

РидЯ заступалась за себя.

Элла сказала мне эти слова два дня назад, а я по-прежнему не могу выкинуть их из головы. Как и ту ночь в моей спальне. Ее слезы. То, как она убеждала меня, что мы только вредим друг другу.

Она права. Вернее, наполовину права. Элла – определенно лучшее, что есть в моей жизни, но что хорошего ей сделал я? С самого первого дня вел себя с ней по-свински.

Выплеснул на нее свой гнев, обращаясь с ней как с дерьмом, потому что меня взбесило, что папа притащил домой незаконнорожденную дочку Стива, в то время как едва удостаивал вниманием собственных сыновей. Папа явно заботился о ней, а мы с братьями сделали совершенно противоположное – мы отвергли ее.

Да, потом я изменил свое отношение к ней. Поддался влечению. Мой щит опускался все ниже и ниже, пока я полностью не оказался в плену ее чар.