Сломленный принц

Парни загораются интересом, но все как один тут же смотрят на Рида. Не знаю, что там написано у него на лице, но они дружно опускают глаза в землю. Никто не делает и шага.

– Трусы, – шепчу я.

Потом резко разворачиваюсь и марширую к Вэл, которая улыбается мне с боковой линии. Ну их всех, этих детишек из Астор-Парка! Пусть катятся к черту!

Глава 16

Саванна и Шиа Монтгомери живут в особняке, расположенном вдалеке от моря, на землях загородного клуба. Мы останавливаемся у главных ворот, и Вэл, перегнувшись через меня, протягивает охраннику белый конверт.

– Вэл, серьезно? Что за черт?

Она бросает приглашение мне на колени. Плотная кремовая бумага абсолютно пуста.

– Ультрафиолетовые чернила. Чтобы никто не смог сделать копию.

– Реально? – Я провожу пальцами по бумаге, но ничего не ощущаю. – Что такого особенного в какой-то школьной вечеринке, чтобы понадобились охранники, ворота и сверхсекретные приглашения?

Я бросаю карточку на приборную панель и проезжаю через открывшиеся ворота.

– Им не нравится, когда к ним приходят все подряд, – отвечает Вэлери.

– Хорошо будет, если они воспользуются своей властью и не пустят всяких придурков, – бормочу я.

Я пока еще не видела Дэниела Делакорта, но знаю, что он по-прежнему в школе, ходит по коридорам Астора как ни в чем не бывало.

– Но если у придурка есть деньги, его пустят.

Она права, и это совсем меня не радует.

Грохочущие басы из дома Монтгомери доносятся до нас еще до того, как мы поворачиваем в их переулок.

Вэл ведет меня через главную гостиную на веранду. У Монтгомери суперсовременный дом: сплошь странные углы и плоскости, много окон и металла. Бассейн подсвечивается изнутри, из бетона дугой бьют струи воды, но никто не плавает: стало холодно.

– Пойду, принесу выпить. Ты что будешь? – спрашивает Вэл, показывая на холодильник.

– Пиво сгодится.

В дальнем углу веранды я замечаю Рида. С ним разговаривает фея с огромными крыльями и короной из цветов. Уф, это Эбби. Их головы почти соприкасаются, его темные волосы цепляются за лепестки ее короны. Выглядит немного порнографично. Во всей сцене есть что-то тошнотворно знакомое, это одно из моих первых воспоминаний о Риде.

Эбби была его последней девушкой. А может, и единственной. Рид, в отличие от Истона, очень избирательный. Он спал с Эбби, потом с Брук.