Он вышел из меня и снял презерватив, поднял толстовку и схватился за мою грудь, наблюдая за мной с фирменной ухмылкой.
Через минуту он рухнул около меня. Я смотрела на деревянное днище кровати над собой, к которому я приклеила стикеры любимых групп и вдохновляющие цитаты, которые помогали проходить мне через трудные времена без него.
Найт положил руку под голову. Я сделала то же самое. Мы оба замерли, когда Эйприл замерла в кровати и простонала что-то невнятное. Когда она вернулась к тихому храпу, мы с облегчением выдохнули.
Я повернулась к нему и положила одну руку на грудь, а второй достала телефон между стеной и матрасом и отправила ему сообщение.
Луна: Можно спросить кое-что?
Найт: Все, что угодно.
Луна: Вернее, две вещи.
Найт:…
Луна: Какая я на вкус?
Он не оторвал взгляда от телефона, я это оценила.
Найт: Как дешевая резинка.
Луна:???
Найт: Как презерватив с водонапорной башни. Но также сладкая. И горячая. И идеальная.
Луна: Так лучше.
Найт: Но все равно как презерватив.
Я толкнула его в грудь.
Он улыбнулся.
Найт: Какой твой второй вопрос?
Луна: Ты сказал, что то, что мы сделаем, ответит на мой вопрос. Но я так не думаю. Кто мы, Найт?
В этот раз он поднял взгляд, поймав мой. Он открыл рот и, не шепча, а громко и четко произнес их.
– Мы все.
Глава 19
НайтЯ выбросил все три мини-бутылки жидкости для ополаскивания рта, которые использовал, в мусорное ведро в гостиничном номере, еще бутылку воды и мятную жвачку. Мы с Луной собираемся встретиться в закусочной в трех кварталах от универа, и я предпочел бы не пахнуть человеком из переулка.
Алкоголь в моем дыхании начал быть заметен, даже когда я не пил. Он в моем поту. В запахе моего тела. В моих чертовых венах.
Этим утром, перед тем как выскользнуть из ее комнаты, я расстался с ее телом самым великолепным образом. Она прижималась задницей к моему члену, терлась об него вверх и вниз, умоляя об оргазме. Я подрочил и кончил на ее зад, а затем пальцами довел ее до оргазма перед уходом – да, потому что я идеальный джентльмен.
Прежде чем встретиться с Луной, я позвонил маме. Ее голос был напряженным, она задыхалась, но старалась скрыть кашель, спрашивая меня о том, как мои дела в Северной Каролине.
– Хорошо, – ответил я. – Теперь Луна моя девушка.
Так глупо говорить это, глупо думать об этом. Мы нечто большее. Я собираюсь жениться на ней. Я знал это каждой клеточкой своего тела еще до того, как был приучен ходить на горшок. Просто тогда я не знал, как это обозначить.
