Нет! История была совершенно иной.
— Э-ли-я! — начала Ксанна возбуждённо.
А Ри забегала по комнате, размахивая руками, словно пыталась взлететь.
— Э-ли-я! — продолжала тянуть моё имя Ксанна. Подруга пребывала в экстазе.
— Что было? — наконец не выдержала я.
Потом покраснела и призналась:
— Девочки, я кажется уснула на свидании.
— Да знаем! — воскликнула Ририан. — Рэйтран тебя и принёс!
Дальше был рассказ, перемежёванный множеством неестественных звуков. «У», «э», «о», «виу» и прочие «ы» звучали даже чаще, чем слова.
Ну а я сидела, крепко обняв подушку, и не знала куда деваться от смущения. Слушать о том, как в ночи раздался стук, и в оконном проёме нашей комнаты возник красавчик с драконьми крыльями, было нелегко.
— О, Элия, он так тебя нёс, так держал, — вопила Ксанна. — Как настоящее сокровище!
— Угу. А мы такие смотрим то на него, то на тебя… И обе в халатах, жутко растрёпанные, а он-то драконий принц!
— И тут он говорит, — снова Ксанна.
— Милые девушки, пожалуйста, помогите уложить вашу подругу…
— Ага, — Ри часто закивала. — А потом такой: я бы мог забрать леди Элию на наш остров, но боюсь подобную вольность здесь не поймут.
Рассказ о том, как меня укладывали и заботливо избавляли от ботинок, получился совсем уж эмоциональным. Но добило другое:
— Элия, он похоже втюрился в тебя по самый этот… у драконов же есть гребень? Ну такой, на голове?
Я всё-таки взвыла, пряча лицо в подушке, и радуясь тому, что Рэйтран не помогал стянуть с меня платье.
Этим важным делом занимались девчонки. Вторую половину ночи они не спали — не смогли уснуть от переизбытка эмоций. Во всех деталях обсуждали то, что произошло."
"— Элия, а что у тебя? — взвизгнула Ри. — Только не говори, что расскажешь позже. Мы не выдержим!
— Мы тебя побьём, если не расскажешь немедленно, — закивала Ксанна. — И кстати! Как ты его вообще учуяла? Ну, что он стоит в темноте?
Я закусила губу и, прежде чем начать откровенничать, попросила:
— Девочки, поклянитесь, что всё останется между нами.
Это была самая быстрая клятва. Прямо-таки стремительная!
Вот после этого я, мысленно пожелав себе удачи, начала рассказывать. Восторженный визг, который то и дело раздавался в комнате, заставлял смущаться ещё больше и сильно бил по ушам.
Рассказ постепенно превратился в пытку — с меня требовали всё новых и новых подробностей.
