— Но это данность, от которой уже не отмахнуться, — отозвался Таон.
Тут снова вспомнились слова Рэйтрана о том, что брак невозможен, а значит всё фикция, однако этот аргумент я почему-то не озвучила.
Очутиться в эпицентре общего внимания было крайне неуютно, но тут меня добили… Кто-то вдруг выкрикнул, на всю столовую:
— Так получается, драконы прилетели ради Элии? Защитный барьер, летающий остров и всё остальное — тоже из-за неё?
Миг, и столовая загудела в десять раз громче.
Я сначала растерялась, а потом испытала острое желание укрыться ученической мантией с головой.
На Вивирону, когда причиной и виновницей считали её, адепты реагировали иначе. Словно чуяли, что это какая-то недостойная внимания бутафория. Со мной всё повернулось вообще не так.
Внимание было чётким, громким и почти материальным. Таким, что к желанию накрыться мантией добавилось более прозаичное — сбежать.
Но я осталась… Увидела сидевшего за преподавательским столом Рэйтрана и словно прилипла к скамейке. Синеглазый дракон, по какой-то совершенно непонятной причине, выглядел очень довольным.
Будто полностью одобрял творившийся в столовой беспредел.
Как я смогла поесть и при этом не подавиться — не знаю. Последующий семинар и лабораторная тоже прошли как в бреду.
А в конце учебного дня меня вызвал ректор! И до кабинета главы академии я шла не в компании Таона, а в сопровождении самого Рэйтрана.
Уже у двери драконий принц спросил:
— Сходить с тобой?
— Нет, — буркнула я, — не надо.
Мне было неловко.
Разобраться в своих чувствах, мыслях и том, как нужно реагировать на ситуацию общей осведомлённости, я пока не могла.
Зато ректор знал! Уж у кого, а у него проблем с ориентацией в событиях не возникло!
Наш разговор начался с потирания рук и нейтрального:
— Ну, Элия, я вас поздравляю!
— С чем? — жалобно откликнулась я.
Ректор зубасто, безэмоционально улыбнулся.
— Вы сомневались в истинности целей и намерений драконов, и оказались правы! Истинная цель — это вы! А теперь перейдём к делу.
Я застыла, как примороженная. Вот что за издевательства?
— Элия, там, рядом с куполом, стоит обоз с продовольствием. Мы караулили три дня, хорошо, что поймали момент. Пройти через барьер невозможно, но словато долетают. Мы предупредили возницу, он не успел врезаться. По моему приказу, он оставил обоз прямо на дороге, а сам забрал одну из лошадей и поехал с новостью о наших делах в Косгард. Видите? Как вы, Элия, и хотели, мы смогли подать весть о нашей беде.
