Но через пару секунд Таон не выдержал снова. Он уже открыл рот, явно готовый продолжить глупую тему, но я сказал:
— Невеста не она.
Хорин и Таон, которые, невзирая на зрелый возраст и высокие должности, частенько вели себя как два шалопая, резко споткнулись.
Всю весёлость с них сдуло. Что? Даже объёмная филейная часть юной Вивироны тэс Грайм больше не смешит?
— Рэй, в смысле? — нахмурился Таон. — В смысле не она?
Хорин промолчал, а советник Шорэм буквально впился взглядом.
— В прямом, — ответил я сухо. — Вивирона или солгала, или ошиблась, или что-то ввело её в заблуждение.
Но артефакт активировала не она, а… стояла там одна… рыжая.
— Рыжая? Я видел рыжую, — Хорин аж подпрыгнул.
В этот миг выдержка покинула и советника:
— Ваше высочество, но почему она не созналась?
— Мне-то откуда знать?
Повисла пауза. Мы продолжили путь, и мне, вопреки логике, очень хотелось обернуться. Зато жар и пульсация в груди почти утихли. Инстинкты успокоились, ведь цель найдена и находится в пределах моей досягаемости.
Нет препятствий, чтобы, в случае чего, прилететь и схватить.
— Может испугалась? — предположил Таон. Теперь его голос звучал не весело, а задумчиво. — Либо у них с Вивироной произошла путаница, и эта рыжая просто не в курсе, что это она активировала?
Увы, с последним я согласиться не мог. Рыжая знала — я прочёл это в её бессовестных глазах.
Вторая неприятность — в отличие от блондинки, эта девушка оказалась в моём вкусе. Невысокая, изящная, с правильными мягкими чертами лица и глазами цвета весенней травы.
Ну и волосы, конечно, роскошные. Такие, что руки сами тянутся потрогать.
Лишь одно не совпало — масть! Страсти к рыжим я никогда не питал.
Третье, и самое важное, девушка являлась человечкой. Чистокровной! Чистокровнее не бывает.
Пока летели в эту забытую Благословенными Ветрами даль, в дополнение к теории про заплутавшую дурную драконицу я сочинил вторую — про единственного, чудом рождённого драконьего смеска.
Да, драконы не спариваются с людьми. Мы другие, и подобные союзы не в наших правилах.
Но вдруг? Какой-то невероятный безумный шанс? Одна тысячная процента.
Рождение смеска было невозможно, но оно бы хоть как-то объяснило ситуацию. К счастью или к несчастью, чуда не произошло.
— Так, подождите. Не понимаю, — нахмурился Хорин. — Если пышнозадая не невеста, значит и опасность ей не грозит. Так зачем ты отдал ей амулет?
Я пожал плечами:
— У меня не было желания разоблачать разыгранный перед нами спектакль.
