— Он сам, — жест, указующий на Тириса, — предложил.
— Он предложил, а ты согласился. — Я расплылся в очень нехорошей улыбке.
— Нет, — замотал головой Салис. Сейчас он действительно был сопляком. Не аристократ и уж тем более не мужчина — просто перепуганный слизняк, мелкая подлая субстанция. — Я не соглашался! Он сделал это сам, без моего согласия. А потом Томс… Да меня просто уведомили, понимаете? Мол, вот Элия, говори вот такие слова и бери.
И бери. Я не смог сдержать рычания.
Испугались все, включая даже Шорэма, и только дэйлира не дрогнула — хвала Небесам.
— А я же люблю её, понимаете? — продолжил слизняк. — С самого первого курса! А она всё нос вертит. Я и так к ней, и по-всякому, а она…
Салис бросил на Элию испепеляющий взгляд.
Кажется, здесь и сейчас происходила известная, в общем-то, трансформация. Когда влюблённость превращается в ненависть. Когда отвергнутый воздыхатель проникается такой злобой, от которой темнеет в глазах.
— Я любил, а она! — уже не сказал, а крикнул Салис. — Дура! Глупая баба! Чего ей во мне не хватало? Она сама толкнула меня на это воздействие.
Будь Элия посговорчивее, мы бы договорились без всяких внушений, просто так.
Ну всё, дэйлира завелась не меньше моего. Пришлось даже перехватить её запястье, чтобы закрыть доступ к спрятанному в рукаве кинжалу. А внутри стало мерзко — словно я окунулся в дерьмо, из которого Салис и состоял.
Слушая пересказ его разговора с Томсом, я ещё верил в какую-то порядочность адепта, ведь он изначально отказался воздействовать на Элию, признав это недостойным и неправильным.
Зато сейчас… Как же легко он предавал свою любовь!
— Это она виновата, Элия. А я не виноват! Я всего лишь жертва! А Тирис и Томс…
Всё. Хватит.
— Тирис сделал два внушения, Томс передал тебе информацию о первом из них и подстрекал добиться Элии нечестным способом, — припечатал я. — Но именно ключ к внушению на страсть, произнесённый трижды, а в твоём случае четырежды, активировал приказ убить.
Лицо Салиса вытянулось, а его дружка и соседа по комнате явно затошнило.
Так перенервничал? Что ж, это лишь начало.
— М-м-м… — начал временно онемевший Тирис.
— Молчи, — прошипел я.
Теперь мы знали всё кроме одного — неизвестным оставался мотив на убийство Салиса. Но мне он был неинтересен.
Зато Элия, как оказалось, хотела знать:
— Почему? — выдохнула моя леди. — Почему вы пытались уничтожить Салиса и меня?
Тирис дёрнулся, а я нехотя кивнул, давая Таону разрешение вернуть старику голос.
Тот и сказал.
