Но не успели мы сесть и приступить к еде, как Ксанна хмыкнула:
— Так-так. На завтрак они не прилетели. Может и на занятия не прилетят?
Ри покосилась на преподавательский стол. Я взглянула в ту же сторону — драконов действительно не было.
— Это вряд ли, — вгрызаясь в большой бутерброд, отозвалась Ри. — Ты ше шлышала. Непроявленный обышно пришодит в шветлое время шуток. — И уже дожевав: — А Вивирону нужно охранять!
Теперь обе подруги посмотрели на меня, а я скривилась.
— Элия, — позвала Ксанна. — Мы говорим драконы… Придут охранять Вивирону…
Намёк не задел.
Ну разве что чуть-чуть.
— Кстати, про разговор с Шорэмом и Рэйтраном ты нам тоже не рассказала, — напомнила Ририан.
Я посмотрела жалобно.
Сил обсуждать всё это просто не было, но…
— Я сказала Рэйтрану, что он поступил ужасно, выставив барьер, — всё-таки призналась я.
Лица девчонок вытянулись, на меня посмотрели как на сумасшедшую.
— Больше такого не повторится, — пробормотала я. — Ректор смирился, он верит, что всё само рассосётся. Спорить с драконами не хочет.
Вот и я им больше ни слова не скажу.
Подруги переглянулись.
Потом Ксанна придвинулась ближе и шепнула:
— Он тебя бесит?
— Кто? — буркнула я.
— Рэйтран, конечно.
— Не то слово! — воскликнула я с чувством.
— Элия, слушай… а что если это любовь? — встрепенулась Ри.
Я подарила подругам ну очень выразительный взгляд — посмотрела как на чокнутых. Только Ксанна и Ри не смутились!
— Так бывает, — сказала Ририан. — Даже у моей бабки так было.
— Да что твоя бабка? — вдруг возмутилась Ксанна.
— У прабабки нашей Элии тоже было. И это, между прочим, известный исторический факт!
Она говорила о Эсмелии по прозвищу Железная. Бабушка моего отца взошла на трон вопреки тому, что по закону титул наследовали исключительно мужчины.
Эсмелия была юной и непоколебимой. Сразу начала наводить свои порядки, правила твёрдой рукой.
А потом случилось знакомство с не наследным принцем соседней державы, и полетели такие искры ненависти, что летописцы до сих пор ёжатся. Королева ненавидела принца, принц терпеть не мог королеву, и государства даже оказались на грани войны.
Дело решил некий бал.
Принц пригласил пылающую ненавистью королеву на танец, прижал покрепче, и новая перепалка перешла в страстный публичный поцелуй. Спустя пару месяцев сыграли свадьбу.
Супруги любили друг друга всю жизнь, и даже стали символом светлых чувств и верности. А их изначальная взаимная ненависть превратилась в этакий исторический анекдот.
— Неуместный пример, — буркнула я.
