Слово Императора

Задняя часть эскорта оказалась отсечена; обвала там не случилось, но лошади испугались, да и осколками многих посекло. Упряжка понесла, одного охранника вместе с лошадью затоптали, еще одного лошадь скинула, и он чудом не улетел с обрыва. Остальные успели среагировать и дали шенкеля, у кого-то тоже лошади понесли; в общем, они продолжили сопровождать карету. Лошади-то, конечно, приученные, но все-таки – стадные животные, а паника имеет свойство распространяться. Второй заряд рванул прямо под копытами упряжки. Остававшаяся в седлах часть стражи сначала пролетела мимо; те, кто сумел справиться с лошадьми, развернули их обратно, но в этот момент произошел основной взрыв.

Эпицентр находился над каретой, но заряд был внушительный, и обвал произошел на протяженном участке дороги в обе стороны, так что пострадали все, кто оказался поблизости. Итог – восемь трупов, шестеро, включая Муна, с травмами разной степени тяжести. Место, где находился Ашун-ан, тоже вычислили. Это небольшая ниша на противоположном склоне, почти напротив того места, где был заложен третий заряд. Снизу она незаметна, но оттуда вполне можно следить за происходящим, дорога просматривается метров на пятьсот. Плюс естественный рельеф почти исключает риск для наблюдателя даже в том случае, если после взрыва произойдет осыпь и по этой стороне. И спуск там очень удобный, по трещине. Одна проблема: из-за обломков кареты и камней оттуда не было видно место, где вы лежали; вот он и полез проверять. В общем, кто бы ни выбирал место для засады, он очень хорошо подготовился и излазил все скалы. Я бы скорее поставил на то, что этим занимался сам Ашун-ан: чувствуется высокий профессионализм.

Некоторое время мы помолчали, обдумывая услышанное.

Генерал Овур Ашун-ан, носящий прозвище Порох, был личностью легендарной. Почти гениальный подрывник и взрывотехник, он был автором доброй половины всех тактических и технических приемов, существовавших в этой отрасли военной науки. В саперном деле он был тем же, чем наш Александр Верич – в артиллерии: иконой, почти богом.

Что бы там ни было, но сейчас мне было демонски обидно, что такая знаменательная личность погибла столь бездарно и даже позорно, запятнав себя предательством.

– Слухи о том, кто организовал взрыв, успели расползтись? – спросил Руамар. Кажется, его мысли были созвучны моим.

– Частично, – отозвался Мунар. – Но большинство с трудом верит в подобное, в армии Ашун-ана любили, даром что он год назад вышел в отставку.