Слово Императора

Я соскучился, – спокойно ответил я, продолжая неторопливо ее раздевать и наслаждаясь видом частично обнаженного тела и прикосновениями к нежной светлой коже.

– Я тоже, но почему это не могло подождать полчаса, пока гости не уйдут? – упрямо попыталась настоять на своем она, откинув голову мне на плечо и шумно, возбужденно вздохнув, отчего красивая полная грудь мягко качнулась.

Завораживающее зрелище. Я усмехнулся себе под нос, но вслух о том, что готов выслушивать подобные укоры снова и снова, решил не говорить.

– В конце концов, это же неприлично!

– Я тебе уже объяснял, – терпеливо возразил я. Тяжелый шелк скользнул к ее ногам, оставляя полностью обнаженной. – Оборотни не видят ничего неприличного в близости мужчины и женщины, особенно – соединенных обрядом, и даже уединяются для этого не столько из соображения приличий, сколько чтобы окружающие не завидовали и ничто не отвлекало или из природного эгоизма. А уж на личной территории вообще никаких ограничений нет. Клянусь когтями Первопредка, я обязательно отведу тебя в гости к Ранвару, чтобы ты наконец-то поняла, как живут оборотни!

– Я не уверена, что хочу это видеть, – нервно хмыкнула жена.

Я не стал отвечать, больше увлеченный другим процессом. Гладил, сжимал и легко прикасался кончиками пальцев, шалея от запаха ее разгорающегося желания. Она же перестала говорить глупости и вцепилась обеими руками в мои запястья – не то в неуверенном желании отстранить, не то в стремлении прижать ближе, не то просто пытаясь не упасть.

– Ты красивая, – прошептал я, легко касаясь губами аккуратного человеческого ушка.

– Если бы мне заранее предложили вступить в брак с тобой, я бы могла отказаться: уж очень ты грозный на первый взгляд. Кто же знал, что ты на самом деле такой пушистый и даже мурчать умеешь, – тихо хихикнула она.

– Я еще много чего умею, – пообещал я.

– Верю! – поспешила согласиться Александра.

– Что, и даже доказательств не потребуешь?

– Тебе я верю на слово, – точно так же поспешно заверила она и тихонько ахнула, крепче сжав мои предплечья, когда я кончиками пальцев начал чувственную ласку, больше дразня и обещая легкими прикосновениями, чем намереваясь прямо сейчас доставить удовольствие.

– Красивая. Желанная. Горячая. Страстная.

– Рур, прекрати, – едва слышно выдохнула она, упираясь в мои руки и пытаясь отстранить их от себя.

– Еще даже не начинал, – усмехнулся я.