Ему не составило труда поймать меня за запястья и прижать их к стене, на этот раз дотянувшись до губ. Меня накрыло со страшной силой.
Я увидела неприглядную истину: я не пахла так же одуряюще, как он, из-за таблеток и из-за того, что запрещала себе почувствовать себя счастливой. Заставляла страдать, искала поводы и оправдания, в то время как он просто позволил этому случиться. Я застонала и потянулась к нему. Такому большому, единственному.
Между нами стояло наше прошлое и его семья, но разве я имела право уничтожить его сейчас, когда так сладко не держат колени?
— Дарриа, поверь мне.
Я не причиню вреда ни тебе, ни Стефану. Лучше в землю лягу. Выберешь человеческого мага — да пожалуйста. Но сначала тебе придется переступить через мой труп на пороге вашего дома.
— Замолчи ты наконец. Учись помалкивать и приходи на ужин. Пускай ребенок увидит, что ты не просто зверь, который умеет носить костюм.
Внезапно Маркус упал на колени и прижался лицом к моим бедрам. Из последних сил я постаралась запечатать дверь, а он запустил энергетический шар в единственное окно.
Да пошли к черту эти озабоченные вампиры и оборотни, ректоры и уставы.
— Моя королева, ты не пожалеешь…
Наверное, было бы честнее сказать ему, что я и не раскаивалась ни минуты. Ни тогда и ни сейчас, но я промолчала, пораженная тем, в какой транс его вводила наша близость. Впрочем, на поверхности рассудка я и сама продержалась недолго.
Когда уже расслабленный Маркус сидел за длинной партой, где недавно каждое его слово ловили Доминики и Оскары — кажется, я ничего не перепутала, — я попробовала вернуться к заданной теме.
Все более очевидно, что наша связь никуда не денется, пока мы находимся рядом друг с другом или пока на мне нет обета (последнее неточно).
После всех событий я слабо верила, что пробудь я с дер Варром в одном помещении пару дней, обет бы выдержал. Даже свежепоставленный. И если до нашей вчерашней встречи, — ничего себе, это было всего лишь день назад, — в моей голове имелась связная картина, то теперь я категорически не понимала, чтои произошло между нами много лет назад.
И уже тем более затруднялась дать оценку тому, что раскручивается прямо сейчас.
— Ну что, согласна с тем, что я в порядке и больше не смущаю ни чью невинность?
— Как тебе сказать, ты пахнешь сенсацией, то есть мной! Если кто-то догадается, то мы больше никогда не сможем жить как раньше, а тут и гадать не надо. Все очевидно.
