Случай в Семипалатинске

Староват он стал для акробатики… Отчистив испачканный пиджак, гость вошел внутрь через заднюю дверь. Буфетчик удивленно на него покосился, но ничего не сказал.

У окна сидел и ждал начальство Сабит Шарипов. Алексей Николаевич указал ему на пролетку:

— Сходи посмотри, кто там. Будь осторожен.

Казах тут же отправился на улицу. Лыков наблюдал через окно. Как только Сабит приблизился, возница хлестнул лошадь и быстро уехал.

— Кого-нибудь успел увидеть? — спросил сыщик вернувшегося помощника.

— Нет. Был какой-то азиат, но лица я не разглядел.

Сыщик рассказал об утреннем происшествии. Шарипов встревожился:

— Вас хотят убрать. Теперь не отойду от вас ни на шаг!

— У тебя будет много дел по дознанию, — возразил начальник. — Есть другой надежный человек? Чтобы умел обращаться с оружием.

— Есенгельды Санбаев. У него прозвище Темирбатыр — железный богатырь! Сильный и храбрый. Николай Алексеевич берет его на самые опасные дела.

— Богатырь в городе?

— Да. Я вызову, он явится через час.

Сабит написал записку на арабском и вручил гостиничному рассыльному.

— Полицейские меры результата не принесли. Резидент убрал опасного свидетеля, а затем и исполнителя. Никаких концов. Теперь могут что-то разнюхать только твои люди. А я настропалю полицию, чтобы мобилизовала негласную агентуру. Попробуем зайти с двух сторон. Ясно, что в Верном гнездо шпионов, ячейка их сети.

Наконец пришел Темирбатыр. Плечи у него были вдвое шире, чем у Лыкова.

— Оружие у тебя есть? — спросил Лыков.

Парень показал два огромных кулака.

— Этого может не хватить.

Есенгельды предъявил наган.

— Годится. Теперь по городу мы будем ходить вместе. Ты позавтракал?

— Не успел, — смутился детина. — Но это пустяк, я готов куда скажете.

Алексей Николаевич отпустил Сабита, Есенгельды велел подкрепиться и ждать в буфете. А сам пошел в номер расшифровывать телеграмму от Таубе.

Результат его ошеломил. Виктор Рейнгольдович сообщал, что в московском «черном кабинете» перехватили письмо. Оно было брошено в почтовый ящик скорого поезда Владивосток — Москва на станции Омск. Конверт самый обычный, ничем не примечательный. Адресатом выступал некий мещанин Балаболкин, проживающий на Средней Пресненской. Но специалисты по перлюстрации имели указание контрразведки насчет писем, опущенных в поездные ящики Сибирской железной дороги.