Случай в Семипалатинске

В числе прочего прихватили и газетку «Туркестанские ведомости» за 8 июля: завернули в нее серебряные ложки. Верховодил бандитами хорошо известный полиции человек по кличке Вася Окаянный. Так ловкий сотник установил предполагаемого убийцу.

Вася Окаянный по паспорту звался Василием Корытовым. Из казаков Сибирского войска, уроженец станицы Песчанской. Призвался, отслужил шесть месяцев и вдруг ударился в бега. Сначала был рядовым шильником, потом вдруг пошел в гору: сделался мазом шайки таких же, как он, дезертиров.

У Василия открылись организаторские способности, и он нашел область приложения сил — стал промышлять на путях опиумных караванов.

После открытий Забабахина начальству все стало ясно. Окаянный распоясался. Он узнал, что полицмейстер готовит облаву, и решил его опередить. Заманил в ловушку и убил, только вот неосторожно выкурил цигарку, свернутую из украденной газеты.

Сотник послал своих людей в столовую, а сам притаился у задней двери. Увидев наряд городовых, атаман бросился бежать.

Вылетел на двор, где Кузьма Павлович тут же его и пристрелил. Все заняло несколько секунд: бах-бах и готово.

Городовые перенесли тело бандита в харчевню и обыскали. В кармане нашли серебряный портсигар. Приметный такой, с двумя летящими утками, а в них целится охотник. Глазки уток сделаны из бирюзы, работа хорошая, тонкая. Это был подарок покойному Присыпину от городской управы на пятнадцатилетие службы в офицерских чинах. Все молча пустили портсигар по рукам. Утром сам губернатор передал его вдове.

Дело было закрыто, отличившиеся получили награды.

Глава 2. По просьбе сына

Директор Департамента полиции Трусевич третий раз за день вызвал к себе Лыкова. Тот удивился — вроде бы на барственного шефа это было не похоже. Первые два разговора касались неоконченных дел, тянувшихся с командировки Алексея Николаевича в Ростов. Что там еще случилось?

Коллежский советник явился к директору и обнаружил у того в кабинете барона Таубе. Барон надел старшие ордена и даже привесил саблю с георгиевским темляком.

На друга он смотрел не особо приветливо, всем видом показывая, что находится тут по делу.

— Вы ведь знакомы с его превосходительством? — кивнул на визитера Трусевич.

— С ихним превосходительством? Да, лет примерно двадцать семь, — не без иронии ответил Лыков.

Чиновник особых поручений не стал задавать вопросов и вышел из кабинета. За ним последовал и генерал.

— Что еще за фокусы? — недовольно спросил Лыков.