Случайная мама

Внучка хозяйки Жозефины,

Подойдя к кошке, я под инструктажем бабули вручаю хвостатой эмигрантке записку и по ее просьбе выпускаю на улицу.

Утром она возвращается с другой запиской, где только короткое “Спасибо, будем на связи”. И номер телефона Романа.

– Что-то скучно, – жалуется бабуля как-то утром, пока я собираюсь на работу. – Может, на кладбище сходить? Проведать свой памятник?

– Бабуль, – говорю я, рассматривая сережки и выбирая из коллекции длинные, золотые, в виде колечек, – если хочешь, чтобы было веселее, подожди до Хэллоуина.

Уже недолго осталось.

Она задумывается, а потом соглашается. И то дело, если уж готовить сюрприз для работников кладбища, так подходить к этому нужно ответственно.

– Ну что, – уже с кухни кричит она, – собралась? Тебя когда и с чем ждать?

Я бросаю в сумочку помаду, к которой благоговею на этой неделе. Подумав, достаю оттуда пакетик, в котором четыре дня возила с собой запасные трусики. Зайдя на кухню, отпиваю уже чуть остывший кофе и морщусь.

– Похоже, он у нас залежался.

Даже молоко кислинку не перебило. Надо будет попросить у Луки хорошего чая. Как-то мне теперь чай лучше идет.

– Ладно-ладно, не морочь мне голову такой ерундой. Что там с твоими вечерними планами?

– Отчеты, бабуль. Буду поздно. – Заметив ее насмешливый взгляд, добавляю: – Это те планы, в которых я точно уверена.

Пусть и с длинным вздохом, она отпускает меня без дополнительных уточнений. Ну и правда, откуда я знаю?

Во вторник вечером я была в ресторане и Планетарии.

Очень красиво, хотя посетителей ноль, если не считать нас двоих: меня и Матвея. В среду мы были в Оперном театре, а потом ужинали на крыше. Тоже безумно красиво и романтично. Хорошо, что лифт работал, а то бы я не спустилась: уж очень вкусно готовят. Судя по тому, что Матвей сказал мне вчера на прощание, сегодня мы тоже увидимся. А вот куда пойдем…

У выхода бросаю последний взгляд в зеркало: черно-белое платье-пиджак с крупными пуговицами, туфли на высоком каблуке, чулки.

Мелькает мысль все-таки вернуться и бросить в сумочку трусики, но я ее подавляю. Зачем зря обнадеживаться? Тут уже, похоже, можно смело переходить с чулок на колготки.

– Бабуль, я уехала! – кричу, выходя из квартиры.

Самое интересное, что каждый вечер я возвращаюсь на машине Матвея, а к утру моя обязательно встречает меня у парадного. Бедный Костя, наверное, мой район уже у него в печенках.

А еще любопытно, что бабуля даже не спрашивает, как так получается.