Случайная мама

Ну и я все делаю осторожно. Обхватив его шею, тяну поближе к себе, прикусываю его губу, дразню языком. Приехал. Ко мне. Не ругался. Мне хочется утопить его в нахлынувшей нежности. А спустя пару мгновений, видимо вдоволь ее наглотавшись, он все берет в свои руки.

Буквально – все. Поцелуй становится напористым, жестким, а его ладони я ощущаю то у себя на груди, то на талии, то на бедрах. Ну и чтобы ему было удобней – я же сейчас стараюсь все для него, – подаюсь вперед. Вот тут-то и сказываются последствия этих платонических воздержаний, потому что я неожиданно оказываюсь сидящей у него на коленях.

– Это что… – Прервав поцелуй, он всматривается в меня потемневшими от страсти глазами, а его руки фиксируются на моей верхней точке бедра. – Платья закончились? Почему ты в одном пиджаке?

Это так мило, что я растекаюсь поверх него едва застывшим желе. Поглаживаю его затылок, ласкаю взглядом скулы, губы, кадык. Потом вспоминаю, что поцелуй-то у нас не окончен!

– Это, – дышу ему в шею, заскользив по ней языком, – чтобы тебе было удобней подбираться к чулкам.

Его пальцы тут же опускаются вниз и нащупывают кружевные края.

Слышу тяжелый вздох, чувствую попытку меня отстранить и тихо смеюсь.

– Тяжело? Постарайся расслабиться. Я ненадолго. Только как следует тебя поцелую. А здесь мне удобней.

И тут он снова мне демонстрирует, что умеет двигаться молниеносно! Миг – и я снова сижу на пассажирском сиденье. Второй – и машина съезжает с обочины еще дальше, куда-то туда, в сторону леса. Третий – гаснут фары и двери блокируются.

– Пожалуй, зря я его недооценил, – слышу довольный рокот Матвея. – И правда, очень удобно.

Его руки очерчивают кружевные края чулок и уверенно подбираются к другим кружевам.

– Не будем же мы прямо здесь…

– Теперь ты постарайся расслабиться, – советует он, продолжая движение. – Моя очередь тебя целовать.

Ну да, да, если исключительно ради удобства…

На этот раз он старается для меня. Жадные поцелуи… умелые руки… взгляд, который прожигает меня, когда он отстраняется, позволяя мне глотнуть кислорода… Сидеть немного твердо, конечно, но…

Ой, уже очень твердо, но так почему-то даже удобней, чем раньше. А если еще чуть сместиться, так вообще можно до утра целоваться! А руки… руки…

– Пожалуйста, осторожней, – шепчу между поцелуями.