Случайная мама

– Не передумала? – спрашивает Егор, когда мы подъезжаем к дому моего босса.

Я с улыбкой качаю головой. Он тоже мечтательно улыбается и дурашливо жмет мне руку, приговаривая: «За мужество».

Да. Приехать самой, без предупреждения – это и правда мощный поступок. Меня даже немного потряхивает от предвкушения.

– Смело, – говорит он. – Не знаю, как Матвей Сергеевич, а я бы тебя после того, как ты практически отказалась выйти за него замуж, немного помучил.

– Что за глупости?! С чего ты это взял, интересно?!

– А, да, просчитался, прости.

Прихватив тортик, он выходит из машины. Я следом за ним.

– Егор! – окликаю его.

– Торт не отдам! – кричит он, не останавливаясь.

Приходится догонять и заслонить собой ворота, которые распахиваются.

– С чего ты взял, что он предлагал мне выйти за него замуж? Он же это просто так сказал, к слову…

– Ир-а-а, – тянет он, как будто находится на последнем издыхании. – Не будет человек такого уровня разбрасываться словами. Хотя бы потому, что он привык за них отвечать.

– Первый раз он сказал про загс во время балета. Второй – когда вы сидели с его приятелем в ресторане. И оба раза упоминал эти выходные, не так ли? А ты что? А ты все прекрасно слышала, но в эти выходные решила ехать к подружке! Это что значит? Значит, что ты ему отказала!

Щекам жарко. Да мне вообще душно – хочется стянуть с себя свитер. Мой взгляд мечется, мечется, как и мысли… случайно застывает на огромной коробке.

– Не отдам! – ворчит Егор и пятится в сторону дома.

Услышав шаги, он поспешно от меня отбегает и пытается спрятаться за Алису.

– Привет. – Она тепло его обнимает, целует в щеку, улыбается, глядя на нас. – Что у вас здесь? Почему не заходите?

Я тоже ее обнимаю. Тепло, от души. Желаю хорошо долететь, выражаю надежду, что мы скоро снова увидимся. Или они сюда – или я туда. Я люблю путешествовать. Но сейчас мне нужно уехать.

С надеждой смотрю на нее.

– Нет.

– Да, – соглашаюсь я. – Она уже есть. И очень мне нравится. Очень.

– А ты, будь не дурой, могла согласиться, – ворчу по дороге. – Много он понимает, как предложения делаются. Ничего-ничего, вот надоест ему гонять белочек, я тоже задеру нос и стану нудеть…

На самом деле я не верю, что Егор в ближайшее время остепенится. Двадцать один год – вся жизнь впереди.