Случайная мама

Так же можно улечься к Матвею Сергеевичу на колени и помять ему брюки. Я подпираю для надежности две щеки и готовлюсь внимательно слушать.

– Я люблю верховую езду.

– О-о, – тяну восхищенно, – это вы так охотитесь? С ружьем и на лошади?

– По секрету… – говорит он значительно тише и чуть подается вперед, ну и я заодно, чтобы не проворонить секрет. – Для охоты лошадь не обязательна.

– Только ружье? – шепчу с любопытством.

– Иногда хватает моего личного обаяния.

– Все-таки как я и говорила, да? Зверьки, видя вас, поджимают лапки и ждут, когда вы нападете?

– Не всегда.

За некоторыми приходится хорошенько побегать. А некоторых можно поймать, только загнав их в ловушку.

– Да-а, – тяну я мечтательно, – хотела бы я на это взглянуть.

На его губах появляется улыбка, которая притупляет мою бдительность. И поэтому я не сразу осознаю, что уже сижу не так далеко от него, как в начале. Его лицо очень близко, а его пальцы крутят мою прядь, которую я упрямо сдувала.

Я напряженно застываю, и он заправляет прядь мне за ухо.

А-а, так он просто хотел мне помочь? Мило.

Заметив какое-то движение сбоку, с удивлением замечаю девушку, которая расторопно ставит на столик возле дивана пузатый графин, две стопки, тарелочки с нарезками копченостей, сала, оливками, еще чем-то. А, селедочка есть, черный хлеб. Но самое главное… я даже моргаю: тут есть огурцы! Носом чую – настоящие, бочковые!

– Ничего себе ассортимент! – восхищаюсь я. – У других гостей его нет! Но… как? Откуда?

Матвей Сергеевич наблюдает за мной с улыбкой, а мне уже все равно.

Я даже не скрываю восторга. Тянусь за огурчиком, откусываю и зажмуриваюсь: все так, как я и хотела! Соленые – жуть! Холодные – жуть! И сочные – обалдеть!

– Боже… – урчу я, зажмурившись. – Если бы я знала, что здесь такое, я бы сюда раньше полежать прибежала!

– Ольга, – взглянув на наш столик, говорит хозяин этого дома, – книга не пригодилась, ее можно убрать.

Горничная тут же делает, как он ей сказал. А я успеваю отвлечься от огурца и схватиться за вазу. Книга и правда мешала, да и за едой я читать не люблю.

А цветы не отдам!

Горничная вопросительно застывает, а потом после кивка Матвея Сергеевича быстро уходит. Сам же он чуть склоняется и тоже берется за вазу. Но я не сдаюсь!

– Мы ее просто подвинем чуть в сторону, – поясняет он мне.

На это я соглашаюсь. Так, как он сделал, и правда удобней. Сижу, дальше жую. Киваю, когда он разливает водку по стопкам и одну дает мне. Мы чокаемся, быстро выпиваем и ставим стопки на место.