Случайная жена, или Наследство в подарок

Я столько старался, тебе сначала прийти в себя надо.

— Только в моих руках. — Мужчина понял ладони и показал мне красивую розовую бумагу с гербовой печатью. Она так была похожа на настоящую. У моих мамы и папы была такая же. Глаза бегали по строчкам, пытаясь вычленить нужную информацию, и когда я наткнулась на строку с присвоенными фамилиями после заключения брака, то меня прорвало.

— Что значит Залесская Аврора Сергеевна? — заорала я во всю мощь своего голоса. Потому что все это было не то что слишком похоже на правду — все это действительно было правдой.

— Упс… — усмехнулся Богдан и тут же спрятал свидетельство в бардачок. — Не учел этого.

Залесский протянул мне паспорт и завел машину.

— Сначала в банк или ужинать? Хотя для ужина еще рановато.

— В банк, — бесцветным голосом произнесла я и провела подушечками пальцев по печати в паспорте.

Неужели она и правда была настоящей?

— Что? — нахмурился Богдан, не отрывая взгляда от дороги.

— Мы ровно пятитысячные.

— Вау, — усмехнулся Залесский, — ну это судьба, Рыжик. Хотя я не сомневаюсь, что если бы мы поехали в котирующиеся дворцы бракосочетания, то стали бы десятитысячными. Ну? Выше нос, Рыжик.

— Зачем тебе это? Ведь не в брате дело, да?

— Вот если уживемся — расскажу, — улыбнулся Богдан и сильнее вдавил педаль газа.

В банке меня ждал очередной сюрприз. Хорошо, что Богдан согласился со мной не идти, иначе как бы я ему объяснила сто тысяч на карте? От его брата! Неужели Олег решил, что именно столько стоил мой телефон? Да никогда на свете я бы не купила себе кусок звонящего железа за такие деньги.

Я заблокировала карту, заказала новую и сняла со счета ровно пятнадцать тысяч: пять — оставшиеся с зарплаты, и десять на телефон. Остальные вернуть. Срочно.

Богдан сидел, откинувшись на спинку сиденья, с закрытыми глазами. Как я захлопнула дверцу, он поинтересовался у меня:

— Не очень, — нервно произнесла, кусая губу.

— Что? Успели снять все деньги? Блин, Рыжик, я не удивлен, — устало сказал он.

— Нет-нет. Просто их слишком много.

— Кого? — Залесский подался вперед и повернулся ко мне.

У него были потрясающие глаза: бездонно светлые и завораживающе зеленые. У меня самой были зеленые, но не такие. Мои были темными, почти болотными и, в общем-то, не особо и красивыми. У Богдана же цвет можно было легко спутать с голубым, как морская гладь на каком-то райском острове.