Случайная жена, или Наследство в подарок

Я хотела прикоснуться, ощутить пальцами, что это он. Реальный. Настоящий. Живой. Но было так страшно, непередаваемо просто. Богдан внимательно за мной наблюдал, а потом шагнул чуть ближе и дернул головой в сторону, сам касаясь лицом моей руки. Я вздрогнула, ощутив легкую небритость, провела пальцем по уголку губ — там были морщинки, которых прежде не имелось.

Сколько ему сейчас? Я судорожно начала считать и не успела заметить очередную смену его настроения.

— Ты очень красивая, Ульяна. — Имя дочери пробило меня насквозь, возвращая на землю.

Но было уже поздно. — Я люблю рыжих, — нагло усмехнулся он и наклонился ко мне, прижимаясь губами к моим. Втягивая в себя мою верхнюю губу с таким страстным напором, что я лишь растерянно провела ладонями по его лицу и тут же крепко обхватила мужа за затылок, потянув ближе на себя.

Тридцать два. Богдану сейчас было бы тридцать два.

Последние отголоски здравых мыслей покинули меня полностью, потому что я целиком растворилась в нахальном напоре поцелуя Богдана. Столь непохожего на те нежные поцелуи, которые он дарил мне почти десять лет назад.

— Может, черт с ней, с этой съемкой? — спросил он, оторвавшись от моих губ. — Пойдем ко мне? Я на три этажа выше живу. — Его взгляд был пьяным, и я почти ответила ему “да”, смотрела на него не мигая, но в последний момент попыталась оттолкнуть, придя в себя.

Богдан же не отпустил.

— Ну ты чего? — хрипло, искушающе шепнул он в мой висок и тут же провел приоткрытыми губами по моей коже.

— Отпусти, пожалуйста.

— Ты же за этим пришла? За этим?

— Я пришла за фотосессией.

— Уверена? — Залесский-Хабаров усмехнулся и оттеснил меня к стене, плотно к ней прижимая своим крепким поджарым телом. Он стал шире. Ненамного, но все же с возрастом раздался в плечах. И руки у него словно стали сильнее. Или он просто никогда прежде не держал меня настолько крепко, так, словно еще чуть-чуть — и вывихнет мои запястья, оставив на них как минимум синяки от своих пальцев.

— Уверена, — тихо ответила я и шумно сглотнула, когда почувствовала, что он поменял положение правой руки и сейчас умело задирал ей подол моего легкого летнего платья.

 — Прекрати, — сказала и сама себе не поверила. Слишком сипло и неуверенно звучал мой голос. Слишком согласно.

Господи. Верни меня обратно на грешную землю. Потому что сейчас я явно была не в этом мире. И уж точно не в себе.

Холодные пальцы уверенно прошлись по внутренней стороне бедра, подбираясь к нижнему белью, а я даже вырываться перестала.