Случайная жена

 – Почему? Потому что мне интересно ставить перед собой цели, которые кажутся недостижимыми, и достигать их. Поистине, волшебное ощущение. Тайна Источников была самой неуловимой. Я разгадывал её столько лет… – Он прикрыл глаза и довольно цокнул языком. – А разгадка оказалась проста. За право прикоснуться к чудесам нужно платить. Жизнь за жизнь, смерть за смерть, кровь за Силу. Это совсем несложно.

От его слов меня бросало то в жар, то в холод. Господи Иисусе, да он просто свихнулся на своей великой идее! И ведь ни на секунду не сомневается в том, что прав.

Взять даже его тон, снисходительно-покровительственный, словно разговаривает с нерадивой студенткой, которой вынужден объяснять простые истины. Эрик в наш диалог не вмешивался, слушал с вежливой отстранённостью.

Я сделала еще глоток воды, чтобы успокоиться, но это не помогло. Почему-то становилось всё жарче. Сердце то и дело сбивалось с привычного ритма. Я непроизвольно облизнула пересохшие губы и с подозрением покосилась на стакан, из которого пила.

– Что-то не так? – участливо поинтересовался Леандр.

Я перевела взгляд на Эрика. Принц негромко рассмеялся, покачал в руке свой стакан с водой, из которого так и не отхлебнул, и поставил его на край стола. Понимание пронзило, словно вогнанная под ноготь игла.

– Подонок! – прошипела я, не скрывая эмоций. – Какая же ты сволочь!

– Продолжай, – небрежно позволил рыжий предатель. – Я люблю горячих женщин. Приятно укрощать.

 – Повернулся к графу и безукоризненно вежливым тоном произнёс: – Дорогой дядюшка, к сожалению, некоторые деликатные обстоятельства вынуждают меня прервать нашу беседу. Предлагаю продолжить её завтра.

– Разумеется, мой мальчик, – согласился Леандр, вставая. – Плодотворной ночи.

– Благодарю, – церемонно кивнул Эрик.

Граф вышел из камеры, а через несколько секунд заскрежетал задвигаемый засов. Принц с ухмылкой рассматривал меня, а я едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться от обиды и злости на собственную доверчивость.

Чёртово зелье, которое сговорившиеся родственнички мне подсунули, действовало всё сильнее. Одежда раздражала чувствительную кожу, взгляд всё чаще останавливался на губах Эрика, скользил по его груди и мускулистым рукам. Низ живота сводило болезненно-сладкими спазмами.

– Ненавижу тебя! – прошептала я, вновь облизывая губы. – Как ты мог?! Предатель!

– Да, – без тени смущения согласился принц.