Случайная жена

От себя. И это самое страшное. Остаётся надеяться лишь на то, что со временем просто отболит, я сумею забыть фиолетовые глаза моего князя и… и простить себе, что бросила его. Трусливо сбежала именно тогда, когда он поверил мне, открылся. Бросила, выбрав не счастье с ним, а унылое одиночество. Уступила его политически выгодной Сабине без боя. Но счастливей от того, что выбрала личные принципы, не стала. А отстроить сожжённый мост было невозможно.

Чёткий, сухой голос диктора объявил мою остановку, и я встрепенулась. Прочь хандру! Пусть хотя бы сегодня она катится туда, где гнездятся индейцы майя! Тем более, на остановке уже приплясывал в нетерпении Сашка, а Вика, одетая в лёгкий цветастый сарафан, сидела на лавочке, придерживая туго набитый рюкзак.

– Я выиграл, – заявил ей Сашка, едва увидев меня. – Алинка, привет.

– О чём спор? – полюбопытствовала я.

– Она почему-то решила, что ты в кои-то веки изменишь джинсам и наденешь хотя бы шорты, – сдал Вику с потрохами приятель.

– Хотела, – призналась я. – Но вчера наводила порядок и куда-то их запрятала.

Поэтому оделась по принципу «что первым выпало из шкафа».

– И помогла мне выиграть сахарную вату! – Сашка расплылся в улыбке.

– Друг мой, ты знаешь толк в извращениях, – меня аж передёрнуло. – Есть сахарную вату в такую жару… Ты же потом выпьешь ближайший фонтан и лопнешь.

– Не завидуй, – приятель погрозил мне пальцем. Потом, приобняв меня за плечи, заявил: – Ну что, погнали в парк! Затаримся билетами, пока нет очередей, а потом устроим себе полный Лас-Вегас!

Подхватил рюкзак и первым потопал к воротам.

Мы с Викой, переглянувшись, пошли следом. Очереди к кассам, впрочем, уже были. Не мы одни оказались хитрыми и приехали к началу работы аттракционов.

– О, вата! – громко обрадовался Сашка, обнаружив открытый киоск. – И шарики. Вика, я передумал. Купи мне шарик! Вон тот, в виде вертолёта!

– Двадцатый год человеку, – покачала головой та. – Зачем он тебе?

– Чтобы нести его над собой, а потом отпустить в небо и смотреть, как он взлетает выше, выше… – расхохотался приятель.

Но тут же посерьёзнел и надрывно-плаксивым тоном, пока приглушённым, продолжил, наступая на Вику: – Купи! Купи, говорю! А то упаду сейчас на пузо и буду руками-ногами по асфальту молотить и всем рассказывать, что ты меня, такого маленького, обижаешь.

Вика растерянно посмотрела на меня, не зная, как реагировать. Вне университетских стен она почти не общалась с Сашкой, потому его непосредственность сейчас здорово выбивала её из колеи.