Случайная жена

 – Я на минутку, хочу переодеться.

– Рубашку дать? – поддразнил меня Айлин.

– Не смешно! – фыркнула я, пытаясь добавить в голос возмущённых ноток.

Судя по весёлым искоркам в фиолетовых глазах князя, преуспеть в этом не удалось. Решив не развивать тему, ушла в спальню и замерла у шкафа, задумчиво рассматривая ворох футболок на специально отведённой для домашних вещей полке. Мне не столько хотелось переодеться, сколько взять паузу в разговоре, разобраться со всем, что уже было сказано, переосмыслить, сделать выводы и только тогда продолжить.

Потому я таращилась в шкаф, как будто там была как минимум Нарния, и не спешила возвращаться. Почти не удивилась, когда на плечи легли тёплые мужские руки, ласково скользнули по тонкой ткани блузки. Качнулась назад, прижимаясь к груди князя.

– Минута прошла пять минут назад, – негромко произнёс маг.

Его ладонь встретилась с моей, пальцы переплелись, и больше всего на свете я хотела, чтобы эти сильные руки никогда меня не отпускали. Повернулась к Айлину, чувствуя, как заколотилось сердце.

В фиолетовых глазах плескалось тёплое ласковое море. И мою руку князь так и не отпустил. Поднял, медленно коснулся губами центра ладони. Легонько, почти невесомо, но у меня перехватило дыхание. Обещание, нежность, соблазн – и всё в одном прикосновении. Вторая рука Айлина зарылась в мои волосы, безжалостно растрепав причёску.

– Ты единственная женщина в моей жизни, Алина, – тихо и очень серьёзно проговорил он. – Даю слово, что иначе не будет.

Я молчала, внезапно растеряв все слова.

Слишком необходимым, слишком долгожданным было это признание. И слишком невозможным. Я не хотела, чтобы Айлин выбирал между мной и своим долгом правителя, и жалела, что для того, чтобы понять, где на самом деле проходят мои границы, пришлось заплатить слишком многим. Пыталась сбежать не от князя, от себя, а в итоге оставила сердце с ним и страдала от ноющей, тревожной, бесконечно глубокой пустоты в груди, пока Айлин не появился в моей квартире. Это не было зависимостью или болезненной, лихорадочной страстью, просто в какой-то момент «я» действительно превратилось в «мы». Жаль, мне не хватило мудрости понять это вовремя.

– А как же твой долг перед королевством? – прошептала я, опуская взгляд. – Рано или поздно от тебя потребуют жениться на политически выгодной аристократке. А брачные браслеты проявятся только после консумации брака…

– Я знаю, как они должны выглядеть, – князь привлёк меня к себе, бережно обнял, словно защищая от всего мира.