Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки

— Кормилица-поилица моя! Ух, ну мы теперь заживем!

— А ты, кстати, кто? — спохватилась я. — Дух?

— Дух, — гордо согласился кот. — Домовой.

— Что-то домовой, дом у тебя не очень-то, — пожурила я.

Кот тут же вздыбил блеклую шерсть и принялся оскорбленно вылизывать лапу и бурчать:

— Ну так а для кого его поддерживать? Хозяев-то уже лет как десять нет. И силы мои тоже… того. Уходят. Мы ж духи домовые ко всем четырем стихиям относимся. Оттого и больно могучие. Когда огонь в очаге горит. Вода льется. Дом воздухом свежим проветривается.

А тут из всех стихий — одна земля осталась. Вот фундамент еще и стоит.

Я насмешливо фыркнула и потрепала кошака по голове:

— Не волнуйся, от пыли все отмоем, окна откроем. С водой и огнем тоже разберемся. А зовут тебя как, больно могучий дух?

— Яшафарил Тариарх ар Сорралион.

Ух ты ж, да у домового имечко покруче, чем у некоторых драконов-аристократов. Не то что выговорить, а даже запомнить с первого раза сложно.

— Э-э-э… Ясно, Яшка значит, — сократила я трудновыговариваемое имя.

Возмущений от духа не последовало и я улыбнулась. — Ну что, Яша, будем знакомы. А я — Злата, хозяйка алхимической лавки.

Кот кивнул, снова чихнул от пыли и словно невзначай напомнил, шаркая лапкой по полу:

— Так что ты там говорила про чай с бубликами, а?

На счет чая с бубликами это я, конечно, погорячилась. Для этого нужно было хотя бы добыть воду, согреть ее и заварить тот самый чаек. Да и бублики закончились еще позавчера.

Но оголодавший Яша смотрел на меня такими жалостливыми глазами, что я нашла воистину соломоново решение.

Отыскала на кухне более-менее чистую плошку, протерла ее снегом и вылила домовому оставшееся у меня молоко, которое еще вчера купила по дороге в Талас. Сверху мелко раскрошила последнее печенье. Получилось не слишком красиво на вид, но, кажется, вкусно. Котик буквально булькнул мордой в миску, хлебая угощенье жадно и торопливо.

Пока Яшка ел с утробным ворчанием, я вновь огляделась и выдохнула. Что ж, крыша над головой у меня есть — это плюс.

Покосившаяся и протекающая, но какая есть. А вот денег и работы — нет. Те пару монет, что остались у меня с дорожных расходов, которые выделил дедуля Вингольд — не в счет. Я и без того была благодарна старому мастеру Шарлю. Если бы не его помощь я бы вовсе не выжила в новом мире в первые дни после попадания.

Когда я растерянная и испуганная, в одном летнем сарафанчике, оказалась посреди зимнего леса, именно к его дому на краю деревни я вышла каким-то чудом.