Случайность или слушай мое сердце.

Меня если что, девушка ждет в спальне, я, конечно, не рассчитываю сегодня на бурную ночь, но просто полежать в темноте, держа Вареньку в объятиях, очень хочется.

— Ближе к делу, — строго сказал я, ставя кружку с крепким чаем перед братом.

— Я идиот, кретин, понимаешь? — начал говорить он, прикрыв ладонями лицо, — Я, как только увидел, что ее какой-то хмырь обнимает, у меня крышу снесло. А она еще в этом платье! *цензура*! А когда мы… когда я… ну ты понимаешь, — прошептал Макар, отводя взгляд, — У меня в жизни еще такого не было.

— Избавь меня от подробностей, — проворчал я. Таким потерянным брата я еще не видел. Он, то глупо улыбался, как сейчас, то бился в панике, как пять минут назад.

— Я и не собирался подробности рассказывать, — проворчал он, стараясь скрыть улыбку, — Понимаешь, меня от поцелуя одного уже унесло. Как будто почувствовал, что она моя. Вся. Понимаешь?

— Уууу, как тебя заглючило, — проворчал я, наливая и себе чашку чая, — Значит, игрушка мальчику пришлась по вкусу.

В последний момент увидел краем глаза, как в лицо летит кулак брата.

— Она. Не. Игрушка! — четко сказал брат. Даа, вырос мальчишка. Постарался скрыть улыбку. А брат продолжил уже не так воинственно, — Она самая замечательная, веселая, юморная, и красивая к тому же, и удар у нее поставлен…

Брат перечислял качества Славки, начиная задумчиво и глупо улыбаться. А я уже перестал удивляться. Знатно братишку Славян зацепила.

— И фигурка у нее — загляденье, — добавил Макар, подпирая кулаками подбородок.

— А я слышал, что у нее нулевой размерчик, — поддел я брата. Очень уж хотелось над ним поиздеваться, пока он в нетрезвом состоянии.

В мою сторону опять полетел кулак. На этот раз я перехватил его руку.

— Успокойся, Отелло, — проворчал я. Краем глаза увидел движение в коридоре. Макар сидел спиной к двери, поэтому происходящее в коридоре он не видел. В двух метрах от кухонной двери, притаившись и не шевелясь, стояла Славка.

— Значит, хочешь помириться со Славкой? — спросил я, сделав вид, что не вижу свидетельницу нашего с братом разговора.

— Очень хочу. Но она меня не простит. Никогда, — грустно сказал брат, вздохнул, — А я не могу так.

— Зачем тебе ее прощение? — серьезно спросил я, — Поигрался и хватит, твоя же жизненная философия?

— Это было до Миры, — проворчал брат, — У меня желания нет на других смотреть, не говоря уже о сексе. Я ее хочу. А она даже говорить со мной не станет.