Случайная дочь миллионера

Мы могли бы заскочить на днях, посмотреть. Там не хватает женской руки."

"– Постой, Алмазов, все слишком быстро как-то, – криво усмехаюсь я, потому что, конечно же, речь сейчас не о музыкальном инструменте идет...

Руслан дерзко улыбается на мои слова, достает из шкафчика четыре чашки, ведет себя вообще так, словно он здесь хозяин, а потом заявляет:

– Мы достаточно взрослые, чтобы у нас все быстро шло. Особенно после этой ночи. – И подмигивает мне.

Я снова смущаюсь, смотрю на Руслана и дрожать начинаю. Хочу прикоснуться к нему, обнять, почувствовать, что он реальный, но вместо этого к детям возвращаюсь.

– Давайте уберем со стола игрушки и позавтракаем. А после пойдем гулять, день сегодня такой хороший, – предлагаю и начинаю сервировать стол, Алиса же игрушки в свою комнату относит. – Руслан, Артемка сам ест?

– Конечно, он ведь у меня уже взрослый, да, сынок?

Когда Руслан на сына смотрит, его взгляд теплеет. Тёма ему улыбается и кивает.

– Но если что, я подстрахую, – обещает Алмазов и ставит перед ним тарелку с омлетом.

– Я нарежу овощи. – Открываю холодильник и достаю огурцы и помидоры.

Мы с Русланом действуем настолько слаженно, словно до этого тысячи раз вот так по утром суетились, готовя завтрак и кормя детей. Алиска быстро сметает все с тарелки, дождаться не может, когда уже с отцом гулять пойдет, Артем же вилкой по тарелке елозит, несколько кусочков омлета падает на пол, и Руслан сразу же поднимает их и выбрасывает в мусорное ведро. Потом помогает сыну быстрее справиться с его порцией, я же замираю с чашкой в руках, пялясь на Алмазова и не веря, что он может быть таким отцом.

Я понимаю, что Алиса многого лишилась. Хотя не факт, что у нас было бы так же. Он ведь не так давно с Софи развелся. Она и Кира были его семьей, а мы… не факт, что мы были бы.

– Чего загрустила? – Руслан замечает мой взгляд, направленный на него.

– Ничего, – улыбаюсь сдержанно и качаю головой. Подношу чашку к губам, чувствую, как жар разносится по всему телу, когда ладонь Алмазова на мое колено ложится.

– Не жалеешь? – забываю, как дышать, когда слышу проникновенные нотки в его голосе.

– Нет.

– Это хорошо. И, Вик, я серьезно о квартире своей, – не отрывает от меня цепкого взгляда. – Поедем, посмотришь, что как, останетесь у меня как-нибудь, привыкните и через какое-то время переедете.

– Руслан, я…

– Молчи и не заставляй меня силой перевозить вас ко мне. Я хочу тебя рядом. Тебя и нашу дочь. И, может быть, еще одного или двух совместных детей.