Кажется, зашли… Двое… Ботинки и нижняя часть брюк — большего я разглядеть не могла. Брюки как брюки, серые из смесовой ткани и синие в мелкий рубчик, посаженные на корсетную ленту, чтобы не истрепались раньше времени. Ботинки… Одни — ничего особенного: старомодная микропора, язычок вместо шнурков, другие… Высокие, стильные «казаки», сшитые явно на заказ. Хорошая, дорогая кожа без единой морщинки, блестящая — под золото — окантовка впереди, подъем перехвачен широким ремнем, застегнутым на пряжку. Пряжка литая, тяжелая, с чеканкой в виде царской короны.
Такие не забудешь, да…
— Ну и где эта шлюха? — донеслось до моих ушей.
— Не знаю, но дежурная сказала, что из номера никто не выходил, — ответил второй голос.
— Что ж она, по-твоему, в окно выпрыгнула, что ли?
— Тут не выпрыгнешь. Двенадцатый этаж.
— Хреново твоя дежурная смотрит. Снимать надо таких дежурных, а на их место сажать более сговорчивых. Сбежала девка! Я же говорил, чтобы ты замочил американца вместе со шлюхой. Лишние свидетели нам ни к чему.
По всей вероятности, голос принадлежал именно тому типу, который был обут в «казаки».
Незнакомец беспрерывно курил, стряхивая пепел прямо на пол.
— Да никакой она не свидетель! Когда я мочил этого драного американца, девка мылась в ванной.
Я слышал, как работал душ. Дверь была плотно закрыта; Представляю, какое у нее было состояние, когда она вышла из ванной! Увидела своего хахаля мертвым и дала деру.
— Это не оправдание. Ты всегда все делаешь через задницу. Сказано было замочить двоих.
Теперь нужно выяснить, где проживает эта шлюха и под чьей крышей она работает. Все должно быть чисто и гладко.
— А может, это и к лучшему, что мы девку упустили? Теперь можно на нее смело этот труп повесить. За такие шутки она перед ментами точно не отвертится. Будет мотать срок по полной программе.
— Ладно, нужно уходить, — сказал тот, который бул обут в «казаки», направляясь к выходу. — Мы и так в этом номере уже запарились. Тут такая духотища, что прямо блевать охота. Теперь тебе за эту шлюху перед пацанами придется отвечать.
Ботинки пару минут потоптались перед кроватью и скрылись из глаз. Входная дверь едва слышно хлопнула. Кажется, пронесло… Пока пронесло… Скоро сюда нагрянут менты, и тогда… А что, собственно, тогда? Если Танька не подведет, пусть попробуют доказать мою причастность к убийству.
Да и разыскать меня в Москве не так-то просто.
Визитную карточку с адресом я никому не оставляла. Где живу, кроме опять же Таньки, не знает никто.
