Нет подруга, больше мы с тобой встречаться не будем. Завтра попилишь домой и забудь обо мне навеки. Учи детей, проверяй тетрадки и больше не шляйся по ресторанам.
— А я по ним и не шляюсь.
— Это заметно. К твоему сведению, девочка, в рестораны обычно приходят мужчины, которые желают познакомиться с женщинами и провести с ними ночь, а ты для таких встреч не подходишь.
Я бы, конечно, мог заказать себе проститутку, но за деньги, если честно, спать не хочется. Хочется за бесплатно, так сказать, по обоюдной любви.
Бедный Толик, наверное, он тоже пострадал.
Вот дурак — решил с училкой оттянуться! Вот сейчас пойду к Толику и предложу поменяться училками.
Может, твоя подруга больше понимает в сексе, чем ты.
Содрогаясь от отвращения, я процедила сквозь зубы:
— Послушай, будь человеком, дай поспать. Я уже от тебя и так всякого дерьма наслушалась.
— Да спи сколько влезет! Я тебя больше не хочу!
— Ну вот и замечательно!
Я с облегчением вздохнула и повернулась на бок.
— Послушай, а ты что, Вообще секс не любишь? — не унимался Александр.
— Нет.
— Так ты, может, фригидная?
— Фригидная.
— Получается, тебе вообще мужик не нужен?
— Получается так.
— Первый раз вижу фригидную бабу. Столько про них читал, но, честно говоря, никогда не верил, что они существуют в реальности.
— Ну так посмотри повнимательней и засыпай.
— А ты, девочка, много потеряла. Я вообще не представляю, как можно жить без секса. Ты же самый кайф упускаешь! А может, тебе нужно лечиться? Я слышал, что фригидность лечат гипнозом.
Сходила бы ты к сексопатологу или психотерапевту.
— У меня последняя стадия, она неизлечима, — сказала я и притворилась спящей.
Александр задал еще несколько бестолковых вопросов и, не добившись от меня ничего вразумительного, оглушающе громко захрапел.
Я лежала ни жива ни мертва, обдумывая возможные варианты спасения.
Драный? Да, да, кажется. Драный, вспомнилась услышанная несколько дней назад кличка.
А может, действительно плюнуть на Таньку и потихонечку улизнуть отсюда, пока все спят? Нет-.
.
Не могу… А может.., а может…
Покосившись на своего мучителя, я встала и на цыпочках вышла в просторный холл. Дверь в гардеробную по-прежнему была приоткрыта.
«Казаки» стояли на месте, тускло поблескивая пряжками в серой полутьме. Я включила свет, присела на корточки и как завороженная уставилась на них. Новенькие совсем… Надевал-то, наверное, пару раз, не больше. Кожа хорошая, мягкая… «Казаки» — это, конечно, прошлый век, но смотрятся неплохо.
