— Ну вот и хозяин нашелся, — воспользовалась я ситуацией. — Он по делам отъезжал, а ключи Татьяне оставлял.
— Толик, здравствуй! — громко закричала я, приближаясь к Танькиному ухажеру, и уже потише добавила:
— Скажи этой гребаной бабульке, что это твоя тачка, а то она нас под ментов подставит.
Толик удивленно посмотрел на машину Драного, затем отстранил повисшую на нем Таньку и перевел взгляд на любопытную соседку.
— Все нормально, бабуля, — сказал он. — Это мои ключи, моя машина и моя женщина. Выгуливай свою болонку и не забивай свою седую голову ненужными проблемами.
Бабка пожала плечами, но уходить не собиралась.
— Я же тебе сказал, бабуля: тут все мое. И машина, и девочки.
Взгляд Толика не предвещал ничего хорошего.
— Больно мне твоя машина нужна, — перехватив его взгляд, недовольно пробурчала бабка и, потянув болонку за поводок, шаркающей походкой зашагала прочь.
— К вам что. Драный приехал? — спросил Толик, заглядывая в салон темно-синей иномарки.
— Приехал, — хором ответили мы.
— Вот это да! А я-то его обыскался! Квартира закрыта, у друзей нет. Боялся, что он бед натворит.
Хотел сначала с ним сам переговорить. Где он?
— В квартире, — опять хором ответили мы.
— Так вы с ним по-мирному все порешили?
Мы, не сговариваясь, пожали плечами и опустили глаза.
— Девчонки, что случилось-то? — заволновался Танькин ухажер. — Где Драный? Откуда у вас ключи от его машины? Он вам их сам дал?
Не дождавшись ответа, Толик ломанулся в подъезд. Мы побежали вслед за ним.
Толкнув незапертую дверь, он схватился за голову и вмиг осипшим голосом прошептал:
— Е-мое, девчонки, так вы Драного замочили?
Присев на корточки, он попытался нащупать пульс, но тут же отпустил безжизненную руку.
— Саня, братишка! Кто тебя так? — заскулил он, раскачиваясь, как китайский болванчик, из стороны в сторону. Смотреть на него было неприятно.
— Толик, кончай орать, — сказала я. — Причитаешь хуже бабы. Слушать тошно. Драный мертв.
Ему уже ничем не поможешь.
— Лен, не надо так… Они же двоюродные братья, — потянула меня за руку Танька.
— У него же к Драному другое отношение… Они же родственники…
Не обращая на нас внимания, Толик перебирал темные волосы Драного и заунывно бормотал себе под нос:
— Саня, братишка, а помнишь наше детство?
Помнишь, как вы с тетей Ритой приезжали к нам в гости в Ригу? Помнишь, как мы играли в казаки-разбойники, помнишь, как стреляли в голубей из рогатки?..
— Живодеры, — шепотом прокомментировала я.
