А я глаз оторвать не могу от незнакомца, который выглядит настолько идеально, что у меня опять дыхание пропадает.
Не то, чтобы мужчина, застывший напротив, эталон красоты. Нет. Но в нем присутствует откровенная самость, мужественность, брутальность. И глаза у него волчьи, прошивающие насквозь. Мерцающие холодным блеском равнодушия.
Айсберг настоящий. Безэмоциональный. Пробегается по мне быстрым взглядом. Осматривает с головы до пят. А я чувствую, как от его отстраненного внимания у меня даже ушки гореть начинают.
Не привыкла я к общению, особенно с такими вот образчиками силы и власти.
– Как себя чувствуешь?"
"Интересуется опять-таки скупо и голос у него уверенный, интонации проскальзывают, словно в большинстве времени мужчина именно приказывает.
– Бывало и лучше, – наконец, отмираю и пытаюсь смягчить всю нелепость ситуации, – я… вы… извините меня…
Прикусываю губы. Мне все еще дико неудобно за то, что слышала его разговор с, наверное, уже бывшей невестой, ну и за то, что доставила неудобство, потому что я таки отключилась и незнакомец, судя по всему, меня поднял на руки и перенес на софу.
– Спасибо, что не оставили лежать на полу и еще раз простите…
– За что извиняешься? – спрашивает и вгоняет еще в более смущенное состояние.
Не отвечаю на его вопрос, просто пожимаю плечами, но, кажется, незнакомец не любит, когда его вопросы остаются без ответов. Поэтому я не выдерживаю его сверлящего взгляда и добавляю:
– Извините, что доставила неудобства, связанные с моим обмороком… Ну и простите, что стала свидетельницей вашего разрыва…
Хмурится, явно не нравятся мои слова, и он это открыто демонстрирует, а я чувствую скрытую угрозу в каждом его жесте, поэтому быстро добавляю:
– Будьте уверены, я никому не расскажу о том, что видела и слышала…
Ухмыляется.
Губы раздвигает в улыбке, а я на мгновение подвисаю. Даже улыбка у него брутальная, подчеркивающая острые скулы и пухлые ровные губы.
– Разумеется, не расскажешь, – отвечает абсолютно спокойно, а у меня от его голоса мурашки по спине струятся и кажется, что кто-то невидимую петлю на горло набрасывает.
Воздух спирает, хотя корсет уже совсем не давит.
– Где твой жених? – скупо интересуется незнакомец, бросая на меня очень внимательный, цепкий взгляд.
Приближается плавным уверенным шагом, а я внезапно ощущаю туалетную воду мужчины. Явно дорогой одеколон с нотками морской волны. Холодный аромат с запоминающимися пряными нотками. Удивительно идущий незнакомцу.
