Он только и делал, что открывал и закрывал рот, пытаясь найти подходящие слова, чтобы поставить брата на место. Никто не смел так с ним разговаривать!
Макмилиан оглянулся, не понимая до конца, что хотел сделать, то ли поискать поддержку у других, то ли убедиться, что никто их не слышал. Все-таки Эйден говорил очень тихо.
— Ты… — произнес он, возвращая взгляд на брата, — не можешь так со мной говорить, — получилось бледно и неубедительно. — Она меня ударила вообще-то. По голове.
— Кто? — спросил Эйден, продолжая смотреть на Макмилиана прямым взглядом, от которого у наследника внезапно побежали мурашки по телу.
Его брат всегда был таким странно пугающим? Почему он не замечал раньше?!
— Служанка. Вот эта…
— Не выдумывай, — бросил Эйден и фыркнул. — Ты не убедишь ни меня, ни кого-либо еще, что кто-то посмел ударить наследного принца по голове. Это немыслимо. Если она тебе отказала, то будь мужчиной и признай это, а не придумывай небылицы.
— Но она правда… — пробормотал Макмилиан, начиная сомневаться в себе.
Эйден был прав: никто в здравом уме не ударит его, ведь подобное карается смертью. Вряд ли девчонка пошла бы на такой поступок. Неужели он действительно слишком много выпил, прежде чем отправиться в прачечную, и поэтому потерял сознание? Или это последствия его прошлого падения?
— Я вижу, ты осознал, — хмыкнул Эйден и хлопнул его по плечу.
Макмилиан перевел хмурый взгляд на двух молодых девушек, по-прежнему стоящих на ступенях. Та, что была одета как госпожа, смотрела на него выжидательно.
И было в ней что-то такое, от чего наследный принц глухо сглотнул. Красавица, но связываться с ней почему-то не хотелось.
Вторая явно была служанкой. Девушка потирала запястье, переводя несчастный взгляд с него на свою госпожу, словно просила защитить ее. Она выглядела невинной и глупой.
Макмилиан покачал головой. Вряд ли такая способна на решительные действия. Видимо, он действительно потерял сознание по другой причине.
— Миледи, прошу простить моего брата, — снова заговорил Эйден.
— Сами понимаете, события этого вечера были весьма шокирующими. Он не хотел причинить вред вашей служанке.
Макмилиан наблюдал, как девушка-госпожа отмерла. Посмотрев на Эйдена, она растянула губы в улыбке и изящно присела, на короткий миг склоняя голову. Выпрямившись, леди сложила руки на животе (Макмилиан гулко сглотнул, увидев длинные и острые ногти, выкрашенные в тревожный черный цвет) и наклонила голову чуть набок. В этот момент она напомнила хищную птицу.
