Это если не считать нескольких расписок, какого-то королевского объявления и тонкого дневника, листы которого были исписаны убористым почерком.
Начал Эйден с объявления.
После прочтения короткой записи он понял, что это объявление из соседнего государства, король которого искал любую информацию о пропавшем наследном принце.
Эйден не знал, зачем Барлоу прятал эту бумагу, но принял к сведению новые данные и принялся за письма.
Переписывающиеся старались замаскировать передаваемые друг другу сведения, но Эйдену все-таки удалось уловить основное.
И когда он понял, о чем идет речь, то ощутил холодную дрожь.
Не было никаких сомнений, что его отец и Барлоу были каким-то образом замешаны в похищении наследника короны соседнего государства.
Дочитав последнее письмо, Эйден откинулся на спинку кресла и нахмурился.
Зачем его отцу похищать наследного принца соседей? Тем более что, насколько он знал, государства всегда были дружественны в отношении друг друга.
Взять хотя бы последнюю крупную войну. Она произошла вскоре после рождения самого Эйдена. В тот период два королевства объединились, чтобы противостоять общему врагу.
Еще раз прокрутив в голове все, что было прочитано, Эйден принялся за небольшой дневник, очень надеясь, что в нем будет информация, которая заполнит пробелы.
Ему казалось, что он готов к любой неожиданности. Вот только Эйден недооценивал реальность, обрушившуюся на него подобно монстру, который оставался сокрытым всю его жизнь благодаря искусно сплетенной лжи.
Из дневника он вынес несколько истин, которые должны были навсегда изменить его жизнь. Первая — он не был сыном своего отца. И вторая — бастардом он тоже не был.
«Когда я узнал о своей болезни, то начал искать лекарство. Все найденные мною более или менее компетентные травники, ведьмы и лекари отказались помочь, заверяя, что вылечить подобную хворь невозможно, — писал в дневнике герцог. — Иногда я слышал шепот о каком-то жутком зелье, которое якобы должно было мне помочь, но слух этот казался неуловим.
Однажды ко мне пришла ведьма и сказала, что поможет мне. К тому моменту я уже потерял надежду на исцеление, с гневом ожидая окончания своих дней. Я сразу понял, что лекарство не будет бесплатным. Так оно и было».
Эйден перечитал одну из первых страниц дневника, надеясь, что что-то не так понял. Но нет, слова за последние часы не изменились.
