— Он твой дядя — незаконнорожденный сын короля Честертона, который когда-то завоевал это королевство и посадил своего предполагаемого бастарда наместником, но после его смерти была еще одна война, и наследник Честертона — друг Гелиоса, король Райден, твой настоящий отец — отдал это королевство своему другу-брату. А тот вместо благодарности вместе с ведьмой похитил тебя. И эта ведьма теперь должна стать твоей женой, чтобы оба заговорщика могли обрести бессмертие путем ритуального поедания сердца твоего еще не рожденного сына.
Я ничего не упустила? — задала она новый вопрос, выглядя несколько ошарашенной.
— Ничего, — кивнул Эйден, глядя на остывший чай так, будто в нем можно было узнать какие-то тайны вселенной.
— Э-э-э, — протянула Виолетта, не зная, что сказать. — Вот ублюдки, — выдала она в конце концов, решив, что будет сердиться. Ситуация была такой странной, что она не сразу собралась. — Мы должны это запить. Ребекка!
— Да, госпожа, — служанка почти материализовалась рядом со столом и услужливо поставила на него бутылку.
— О, — Виола удивленно моргнула. — Спасибо. Ты очень догадлива, — она улыбнулась девушке. — Хочешь с нами?
— Нет, спасибо, я выпью чая, — отказалась Ребекка. Особенное тело не позволяло ей напиться, а раз так, зачем переводить продукт?
Виолетта не стала настаивать. Она достала глиняные кружки, поставила их на стол и сразу принялась разливать напиток. Эйден угрюмо посмотрел перед собой и без всякого энтузиазма пододвинул кружку ближе.
С момента, как он прочел документы, его разум находился в какой-то прострации.
Он не знал, что ему думать и что делать. Хотелось пойти к Барлоу и вытрясти из него признание, что он лишь подделал бумаги и ничего подобного король не замышлял. Но Эйден не был наивен, поэтому понимал, что отрицание — не выход.
К Барлоу он обязательно еще спустится, но точно не сейчас. Видеть человека, который помогал королю и ведьме достигнуть своей цели ради собственного благополучия, не хотелось.
Отхлебнув из кружки, Эйден выдохнул и посмотрел на Виолу.
Она сидела напротив него, глядя встревоженно и все еще несколько растерянно.
— Так, значит, народ Ши? — спросила она, явно не зная, что еще сказать. — Они и правда были бессмертными?
— Понятия не имею, — признался Эйден. — По словам Барлоу, в мифах говорится именно так.
— Нет, ну какие мерзавцы! — возмутилась снова Виола, на этот раз более твердо. — Мы должны написать твоему настоящему отцу!
— И что мы ему скажем? — слова Эйдена прозвучали скептически.
