Вам останется только после позаботиться о самих заговорщиках.
— Утром ты уведешь свою госпожу в безопасное место, — сказал Эйден, не собираясь отрицать, что у него действительно была мысль воспользоваться ситуацией.
— Я не могу обещать.
— Это разумно, — твердо выдал принц, недовольный, что девушка не стала его слушать.
— Вы знаете мою госпожу, — фыркнула Ребекка. — Я выполняю только ее приказы.
Эйден выдохнул и закрыл глаза. Спорить не хотелось. Он решил, что утром сможет убедить Виолу поступить мудро. Она должна понять, что ей совсем не место в центре событий во время восстания, ведь такое дело не может обойтись без жертв.
И Эйдену совсем не хотелось, чтобы одной из них случайно или нет стала его… возлюбленная.
Да, сейчас можно было признаться, хотя бы самому себе, что он каким-то образом умудрился влюбиться в лежащую рядом девушку. Не сказать, что это было сложно.
Виола обладала неповторимым темпераментом. Конечно, большую часть времени хотелось запереть ее, чтобы она не навлекла на себя беды, но по какой-то причине его очаровывала ее странная склонность к опасностям.
Эйден сам не заметил, как задремал. Проснулся он резко, как от толчка. В тот же миг он дернулся и распахнул глаза. Утренний свет сделал с его головой что-то невообразимое. Застонав, он повернулся на бок и закрыл голову руками, словно надеясь, что это поможет успокоить пульсирующую боль.
— Возьмите, господин, — услышал он холодный голос служанки. Приоткрыв глаза, Эйден слегка приподнял голову и сразу же наткнулся взглядом на темный флакон.
— Это зелье поможет.
— Не волнуйся, — услышал он уже более веселый голос Виолы. — Я сама его варила. Как знала! Не пойму только, когда ты, Ребекка, успела его взять?
— Перед самым выходом, госпожа, — созналась служанка. — У меня были подозрения, что зелье может понадобиться.
— Ты такая молодец! — звонко воскликнула Виола. Эйден поморщился от шума, а потом схватил зелье и выпил одним глотком. Он очень надеялся, что оно поможет.
После того как они привели себя в порядок, Эйден попытался уговорить Виолу отправиться домой.
Та некоторое время сопротивлялась, но потом неожиданно сдалась.
— Ладно, — вздохнула она, поднимая руки. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Нам с Ребеккой, слабым и беспомощным женщинам, действительно будет опасно в замке, который пытаются захватить.
Эйден прищурился. Он чуял, что в этой покорной сдаче что-то не так, но лицо Виолы выглядело невинным и честным. Ему не оставалось ничего иного, как отпустить ситуацию и поверить.
