Пусть валит к своей любовнице! И сына с ней воспитывает!
– Олечка Александровна, вы погодите расстраиваться, – Борис Тимофеевич колет укорительным взглядом и вновь смотрит на экран. – Нужно немного подождать. Сдадим анализы…
– Сердце уже должно биться, – заключаю глухим голосом. И начинаю отматывать время назад. Должно! Ну оно должно биться! Мы с Егором последний раз были близки… это… это было давно… он уезжал в Питер. А я… потом я летала в командировку в Европу. А когда вернулась, увидела его с сыном. И срок… срок не сходится нашей последней с Егором близости.
Почему эта мысль мне даже в голову не пришла?
А ведь тогда получается… я помню тот день. Я даже помню день недели на календаре, когда я узнала о страшном предательстве. Отчаяние и боль толкнули меня в объятия другого. Не может быть. Это же невозможно!
– Давайте вы не будете нервничать, – продолжает отчитывать врач, – все же срок очень маленький, и бывают погрешности…
Погрешности… это не погрешности. Это…
Будто гром среди ясного неба бьет осознание.
Ребёнок не от «бывшего» мужа... а от человека, которого я никогда больше не встречу.
От врача я выходила на ватных ногах. Не в силах поверить в происходящее.
На телефон поступает сообщение от коллеги:
«Ты про совещание не забыла?»
Я: «Бегу-бегу, в клинике задержалась!»
Через сорок минут взволнованно стучу в дверь, делаю шаг вперёд, извиняясь за опоздание, и…замираю на пороге, сталкиваясь с непроницаемым чёрным взглядом.
Внезапно в голове вихрями проносятся воспоминания о той единственной ночи, что мы провели вместе с этим мужчиной.
Острые ласки будто до сих пор нежат, а дыхание пускает мурашки по коже. Я даже невольно вспоминаю, как он в порыве страсти укусил меня за шею… но мы ведь договорились делать вид, что ничего не было, и теперь Аскар молча смотрит на меня, ожидая, пока я займу своё место. Невозмутимый. Собранный и… холодный.
У меня начинает шуметь в ушах, когда словно сквозь туман до меня долетает заикающийся голос управляющего:"
"– Аскар Булатович, это р-руководитель н-нашего отдела продаж… – управляющий смотрит на меня убийственно, обвиняя в опоздании, и тут же отворачивается, а тон его становится подобострастным.
Он вновь обращается к Аскару: – Алмазова Ольга Александровна. Очень ценный специалист и профессионал своего дела.
Как будто действительность на пару секунд уменьшилась в размерах и остались только мы с ним вдвоём. Смотрим друг на друга. А отреагировать не можем никак.
