Это я для него вызвал ту чертову массажистку из салона Лейлы, — говорит Антон, почему-то с опаской на меня поглядывая. Почему только, непонятно.
— Мне все равно, — ворчливо его перебиваю, — мне абсолютно наплевать, кто там по ночам обслуживает отца моего...
Осекаюсь, прикусывая язык. Не могу, я не могу сказать это вслух. Может, потом привыкну. Когда отвыкну от того, что отцом своих детей представляла только Давида.
— Этого вашего достойного человека, — заканчиваю мысль, и ловлю на себе скептический взгляд Росомахи.
— Ладно, поехали, — говорит Антон, заводя машину, — что-то мы с тобой заболтались.
— Точно, — согласно киваю, — а мне еще билеты брать.
— Какие билеты? — непонятливо морщит лоб Росомаха.
— Да хоть какие-то. Мне бы для начала выбраться из города, — объясняю ему, — а там решу, куда поеду. Вот как раз сейчас посмотрю расписание поездов.
— Зачем тебе поезда, Марта, — продолжает тупить Антон, — если мы едем в аэропорт? Насколько я понял, тебя там ждут.
— Никто меня там не ждет, — качаю головой, — и на самолет у меня нет денег.
Так что разворачивайте машину, мы едем на вокзал.
— Куда мне сказали, туда я тебя и повезу, — упирается Антон.
— Антон! — возмущенно стучу по панели. — Я требую отвезти меня на вокзал.
— Давай для начала доедем до города, — примирительно предлагает он, — дорога все равно одна. А там будем разбираться.
— Ладно, — соглашаюсь покорно.
Мы въезжаем на горный серпантин. Антон так уверенно ведет машину, будто он всю жизнь кружил по горным дорогам. Некоторое время молча слежу за ним, а затем говорю тихонько:
— Антон красивое имя.
И все-таки, вам намного больше идет Росомаха."
"Антон улыбается кончиками губ, а следом выдает длинное витиеватое ругательство. Автомобиль резко тормозит, и я в недоумении рассматриваю гору камней, которая возвышается посреди дороги и преграждает нам путь.
— Откуда они тут взялись? — спрашиваю Росомаху.
— Или обвал, или... Подожди, Мартуся, — он выходит из машины и идет к каменной насыпи. Смотрит вверх, потом по сторонам, а потом оборачивается ко мне и машет рукой.
— На пол, Марта, ложись! Не высовывайся!
И как подкошенный падает среди камней, а вокруг раздаются неприятные свист, треск и хлопки. Пока до меня доходит, что это выстрелы, распахивается дверца, и внутрь заглядывает незнакомый бородатый мужчина. Один в один как в фильмах про контрабандистов.
Увидев меня, он хмуро ухмыляется и жестом показывает на выход. Понимаю, что сопротивляться глупо — сзади него еще двое с автоматами.
