— Нет, — ответила Кей.
— Он кардиохирург, — сказала Саманта, принимаясь за четвёртый бокал вина. — Совершенно ослепительной внешности.
— Хм, — только и ответила Кей.
— Прямо звезда «Болливуда».
Допустим, еда — полное дерьмо, размышляла Саманта, но ни одна собака не подумала сказать, что ужин замечательный. Просто из вежливости. Что ж, если не вышло подколоть Гэвина, нужно хотя бы пнуть Майлза.
— Викрам — единственное, что есть хорошего в этом городишке, уж вы мне поверьте, — продолжила она. — Воплощённый секс.
— Его супруга — наш участковый врач, — сказал Майлз, — и член местного самоуправления. Я правильно понимаю, Кей: вы работаете при областном совете Ярвила?
— Да, правильно, — подтвердила Кей. — Но я почти всё время провожу в Филдсе. Административно это предместье относится к Пэгфордскому приходу, верно?
«Только не это, — подумала Саманта. — Ох, не упоминайте при мне этот долбаный Филдс».
— Не совсем. — Майлз улыбнулся со знанием дела. — Да, официально Филдс подчиняется Пэгфорду.
Но только на бумаге. Это болезненная тема, Кей.
— В самом деле? Почему? — Кей надеялась на общую беседу: Гэвин по-прежнему шушукался с вдовой.
— Видите ли… история вопроса уходит в пятидесятые годы. — Майлз как будто произносил заготовленную речь. — Власти Ярвила стремились к расширению предместья Кентермилл и вместо того, чтобы вести застройку в западном направлении, где сейчас объездная дорога…
— Гэвин? Мэри? Ещё вина? — перебила Саманта.
— …немного слукавили: приобретая землю, не указали, для каких целей, а потом их застройка вторглась в пределы Пэгфордского прихода.
— Что ж ты покрываешь старика Обри Фоли, Майлз? — спросила Саманта. Она наконец-то достигла той желанной степени опьянения, когда язык у неё развязался, а страх исчез — осталось только желание позлить других, чтобы самой позабавиться. — Старичок Обри Фоли, которому принадлежали все эти рустованные камни, или как там их, Майлз вам рассказывал, всех обвёл вокруг пальца…
— Ты несправедлива, Сэм, — возразил Майлз, но она его не слушала.
— …продал землю, на которой сейчас стоит Филдс, денежки прикарманил, а было там не менее четверти мильона…
— Не говори ерунды, Сэм, дело было в пятидесятые годы."
"— …а потом, когда понял, что все на него ополчились, притворился, что ни сном ни духом не ведал, к чему это могло привести. Наш столп общества — прохиндей. Да ещё и пьяница, — добавила Саманта.
— Это не соответствует истине, — твёрдо сказал Майлз.
