Требовала: «Удалите это, чёрт побери!» А я ей: «Удаляю, доктор Джаванда, и буду благодарна, если вы перестанете на меня кричать».
— А я бы оставила повисеть пару часиков, если б она вздумала на меня чертыхаться, — сказала Морин.
Ширли заулыбалась. На самом деле она пошла заваривать чай, оставив на сайте анонимное сообщение о Парминдер ещё на сорок пять минут. Они с Морин уже потешились от души; ещё имелся простор для дальнейших обсуждений, но первоначальный интерес был удовлетворён. Теперь Ширли жадно заглядывала вперёд, представляла реакцию Парминдер на публичное разглашение её делишек.
— Выходит, это не она отправила то сообщение про Саймона Прайса, — сказала Морин.
— Да, скорее всего, не она, — согласилась Ширли, протирая нарядный бело-голубой фарфор, который выбрала по своему вкусу, несмотря на то что Морин нравился розовый.
Порой, хотя она и не занималась бизнесом непосредственно, Ширли любила напомнить, что у неё, как у жены Говарда, всё же гораздо больше прав.
— Да, — говорил в трубку Говард.
— Но не лучше ли… Мм, хм…
— Кто же это мог написать, как по-твоему? — спросила Морин.
— Понятия не имею, — жеманно протянула Ширли, будто вынюхивать и подозревать было ниже её достоинства.
— Некто лично знакомый и с Прайсами, и с Джавандами, — сказала Морин.
— Скорее всего, — повторила Ширли.
Говард наконец-то повесил трубку."
"— Обри согласен, — объявил он им обеим, входя в кафе со свежим номером газеты «Ярвил энд дистрикт» в руке. — Весьма слабый материал.
Чрезвычайно слабый.
Женщины не сразу вспомнили, что обязаны проявлять интерес к посмертной статье Барри Фейрбразера. Куда интереснее был его призрак.
— Да-да, я тоже подумала, когда читала, что статья ни о чём, — поспешила заверить его Ширли.
— А интервью с Кристал Уидон — просто прелесть, — хохотнула Морин. — Говорит, любила рисование. Ну, разве что рисование на партах.
Говард засмеялся. Ища предлог, чтобы отвернуться, Ширли взяла с прилавка шприц-ручку «Эпипен», которую Рут утром занесла в магазин для Эндрю.
Ширли зашла на свой любимый медицинский сайт, прочла там об этих инъекторах и теперь могла бы с лёгкостью объяснить действие адреналина. Однако вопросов не последовало, и она убрала маленькую белую шприц-ручку в шкаф, стукнув дверцей, чтобы пресечь дальнейшие остроты Морин.
В огромной руке Говарда задребезжал телефон.
— Да, алло? А, Майлз, да… да, мы в курсе… Мама увидела сегодня утром… — Он посмеялся.
