На этот раз Говард и Ширли сподобились пригласить компьютерщика, и тот определил, что все эти сообщения используют логин Барри Фейрбразера, поэтому Моллисоны от греха подальше удалили его личную информацию… из базы данных или откуда там…
— И что, по такому случаю меня на этой грёбаной работе восстановят?!
Несколько минут Рут молчала.
Эндрю занервничал. Ему не нравилось, что кто-то последовал его примеру и что Призрак Барри Фейрбразера теперь под колпаком.
Кто ещё, кроме Пупса, мог додуматься использовать логин Барри Фейрбразера? Но зачем Пупсу писать гадости про доктора Джаванду? Или это просто очередной способ достать Сухвиндер? Эндрю не на шутку встревожился…
— Чего сидишь как истукан? — окрысился Саймон на другом конце стола.
— Ничего, — пробормотал Эндрю, но тут же одумался. — Это, конечно, шок… в смысле, твоя работа…
— О, так ты в шоке, вот как? — взревел Саймон, и Пол от неожиданности уронил ложку, перепачкавшись мороженым.
— А ну, вытри, девчонка, слюнтяй! — Он снова переключился на Эндрю. — Это жизнь, Пицца-Тупица! Каждый козёл норовит тебя опустить! Так что ты, — он через стол ткнул пальцем в старшего сына, — ты мне нароешь какой-нибудь грязи на Моллисона или домой завтра не возвращайся!
— Сай…
Саймон резко отодвинул стул, отшвырнул свою ложку, которая с лязгом поскакала по полу, и вышел из кухни, захлопнув за собой дверь. Эндрю ждал неизбежного и не был разочарован.
— Для него это страшный удар, — зашептала сыновьям потрясённая Рут. — Сколько лет отдано этой типографии… Он беспокоится, что не сможет нас прокормить…
Когда в шесть тридцать утра зазвонил будильник, Эндрю почти сразу нажал на кнопку и буквально выпрыгнул из постели. Счастливый, как на Рождество, он умылся и быстро оделся, а потом сорок минут занимался собой: причёсывался и тщательно замазывал тональным кремом наиболее заметные прыщи.
Он подозревал, что у родительской спальни его будет караулить Саймон, но в коридоре никого не встретил и, наспех проглотив завтрак, вывел из гаража отцовский гоночный велосипед, чтобы рвануть в Пэгфорд.
Утро выдалось туманное, однако день обещал быть солнечным. Жалюзи в кулинарном магазине ещё были опущены, но от толчка дверь звякнула и приоткрылась.
— Не сюда! — прогремел Говард, вразвалку ковыляя к нему.
