"
"Тесса поместила кастрюлю в полиэтиленовый пакет и оставила на кафельном полу в прихожей. Затем она надела мешковатый зелёный кардиган, частенько заменявший ей куртку, но переобуваться не стала. Вместо этого она в мягких тапках неслышно пошла вверх по лестнице, а потом, ступая более свободно, поднялась ещё на один пролёт, в мансарду. За дверью послышалась торопливая возня. Тесса постучалась, давая Пупсу возможность свернуть на мониторе все окна и, возможно, спрятать сигареты, о которых она якобы не знала.
— Да?
Она приоткрыла дверь. Сын, сидя на корточках, с показной сосредоточенностью рылся в школьном рюкзаке.
— Ты другой день не мог выбрать, чтобы прогулять урок?
Пупс выпрямился; худой и длинный, он возвышался над матерью.
— Да был я на этом уроке. Просто немного опоздал. Беннетт меня не отметил. Придурок.
— Стюарт, прошу тебя. Пожалуйста!
У себя в школьном кабинете ей подчас приходилось сдерживаться, чтобы не повышать голос. Вот и сейчас она готова была начать.
«Ты должен принять реальность других людей. Тебе кажется, что реальность — это предмет для переговоров, что она будет для нас такой, как ты скажешь. Ты должен принять, что мы столь же реальны, как и ты; ты должен принять, что ты не Господь Бог».
— Отец страшно переживает, Стю. Из-за Барри. Ты это понимаешь?
— Да.
— Представь: это всё равно что ты бы потерял Арфа.
Он не ответил; выражение его лица почти не изменилось, но она уловила издевательскую насмешку.
— Я знаю, ты считаешь, что вы с Арфом и отец с Барри — это небо и земля…
— Нет, — сказал Пупс, но, как она поняла, лишь для того, чтобы отделаться.
— Мне сейчас нужно сходить к Мэри, отнести кое-что из еды. Умоляю, Стюарт, в моё отсутствие не огорчай отца ещё больше. Прошу тебя, Стю.
— Ну хорошо, — ответил он с полуухмылкой-полуужимкой.
Она почувствовала, что его мысли — не успела она закрыть дверь — стрижами упорхнули совсем в другую сторону.
VI
При свете дня злобный ветер разогнал низкие тучи и с закатом умер. Через три дома от Уоллов, в доме Моллисонов, Саманта под сильной лампой разглядывала своё отражение в зеркале трюмо, тяготясь тишиной и неподвижностью.
Последние два-три дня повергли её в расстройство. Продажи были, по сути, на нуле. Торговый представитель фирмы «Шанпетр» — как оказалось, мордастый, грубый тип — приволок с собой целый саквояж отвратных бюстгальтеров.
