А по идее, должен — иначе какой из него охранник.
Опять же, ещё одна странность: Танн только что признался, что он рассказал следователю Рэндррэну о своих чувствах. Мол, ещё днем рассказал, как раз после того инцидента в коридоре… с коридором. Тогда почему следователь язвил насчет нас за ужином?"
"Допустим, мы официально не женаты, но если у Танна ко мне симпатия (которая вполне может быть и ответной), то что такого криминального в цветах и подарках? Не то, чтобы я сомневалась в словах Танна… хотя нет, я именно и сомневалась.
А почему я, собственно, не должна? Он кто мне — брат, сват, лучший друг? Он так-то племянник моего злейшего врага на Арне, который приехал со мной на станцию по просьбе своего дяди.
Я вздохнула. Ларчик просто открывается — не стоит мудрить, чтобы найти заинтересованную сторону. Я надеялась, что господин Днарр всерьез испугался моих откровений, которые могут быть слиты в общую сеть. Я полагала, что он мне даст спокойно отработать контакт — и свалить куда-нибудь подальше от радскаров.
Очевидно, я недооценила этого интригана. Пока я честно занимаюсь своей работой, парочка Днарров стоит козни за моей спиной.
Только непонятно, зачем Танну вся эта история с влюбленностью? Какая разница, что творится в нашей комнате за закрытой дверью?
А что если…
Я резко выключила воду, с ужасом понимая: если со мной случится что-то нехорошее, Танн даже не попадет под подозрения.
Потому что фальшивый брак — это странно.
А фальшивый брак как прикрытие страстного романа — легкомысленная, но объяснимая вещь.
Ему ещё и сочувствовать будут, если что-то произойдет… Тот же Рэндррэн пожмет ему руку, посетовав на пустоголовых землянок.
«Ты пытался сделать из неё порядочную женщину, брат. Но не вышло».
Мне даже глаза не понадобилось закрывать, чтобы представить себе это. Ядовито усмехнувшись своему отражению в зеркале, я начала представлять варианты моего «не вышло» — каким образом они собираются от меня избавиться. Несчастный случай? Авария на работе? — но для этого надо, чтобы Танн хотя бы изредка появлялся вместе со мной на рабочих площадках.
Затем я подумала про убитого радскара, которого я нашла возле станции.
«А ведь все это время я гнала от себя любые мысли об убитом» — ещё одна несусветная глупость. Вместо того чтобы перелопачивать новости о повелителе и его законной жене, мне лучше было бы пытаться что-нибудь узнать об этом деле.
Впрочем, я избегала вопросов о погибшем не только из-за своих сердечных страданий.
