Была бы ты не колесах — не поехал бы. Нудно и утомительно.
— Ну спасибо, облагодетельствовал, — съязвила я, хотя на самом деле в груди отчего-то потеплело.
За этот год учебы мы не стали с Максимом друзьями, но и врагами не были, общались достаточно хорошо, все время перебрасываясь шуточками. Он дразнил меня, я отвечала ему взаимностью. Сейчас же я чувствовала себя с ним уютно. Мне не было одиноко. И это было странно.
Первые две просмотренные квартиры были откровенно ужасны. За вполне приличную цену хозяева предлагали раздолбанные в хлам жилплощади, где не было ремонта, наверное, со времен Сталина, а то и Ленина.
И если бы не Макс, я сорвалась бы… не поехала дальше. Но он перевел все в шутку, начал меня подбадривать и практически на таране потащил меня к следующим квартирам.
В итоге я все же нашла уютную однушку в старом доме, но с хорошим ремонтом. Жильцы с этой квартиры должны были съехать через три дня. И это тоже меня устраивало. Поживу в квартире Руса еще три дня — не облезет.
Несколько раз я порывалась рассказать Максиму о своем положении, но так этого и не сделала. Не знаю, что меня останавливало, ведь хорошо было бы все прояснить. Вдруг он надеялся на что-то в отношении меня, но, поглядывая на парня и его поведение, я не видела от него признаков симпатии ко мне как к женщине. А вот поделиться с кем-то новостью о своей беременности хотелось. Потому что держать такое в себе просто невыносимо. Именно об этом я и размышляла вечером, сидя в гостиной и размеренно поглаживая плюшевую серебристую шерсть Снежи.
Школьную подругу я отмела сразу: она слишком любила сплетни и не удержала бы эту новость при себе. Аврора же со вчерашнего вечера не брала трубку. Написала лишь одно сообщение, в котором очень сильно извинялась, обещала перезвонить, как выберется из офиса, потому что у нее там кромешный ад и завал. Как я поняла, она даже ночевала не дома, и на этой мысли я споткнулась. Подскочила с дивана так, что Снежа, свернувшийся клубочком на моих коленях, свалился на пол.
— Снежечка, точно! Дочь Авроры сейчас с Яной Юрьевной. Как же я сразу не подумала об этом, — выкрикнула я и, подняв с пола кота, прижала его к себе. — Снеж, это же идеальный вариант, я все расскажу Яне Юрьевне, она хорошая. Любит Ульяну — и моего малыша обязательно полюбит и сама все Русу расскажет. И на моей совести больше не будет груза недосказанности.
