Машина ребят была неприметной, хотя стояла, грубо говоря, на самом виду — на стоянке у въезда. Сев в салон, я поморщился. Из динамиков слышался мой собственный голос.
Да, именно это я и имел в виду, говоря о карьере артиста. Я к этому никогда не стремился, но тот день, когда понял: Лия жива и скрывается от меня, — все изменилось. Тогда-то я решил достать ее хотя бы так. Начал записывать песни, преимущественно собственного сочинения и со скрытым смыслом, который кто-кто, а Лия должна была услышать. Я собрал себе команду талантливых ребят — музыкантов и пиарщиков.
Когда у тебя есть деньги, кое-что в этой жизни становится проще. Я не зарабатывал на этом, скорее шел в минус, потому что не собирался тратить свое время на гастроли и всю прочую ерунду типа частных концертов, вечеринок или рекламы. Если бы не Лия, широкая публика никогда бы не услышала ни одну из моих песен, но все получилось так, как получилось.
Ближе к обеду на мой телефон прошел вызов с неизвестного номера, и я быстро поднял трубку.
На том конце оказалась Аврора, чем сильно меня удивила.
— Что за номер?
— Новый. Телефон потеряла.
— Потеряла? — В голове почти не укладывалось, что она могла что-то да потерять.
— Допустим.
— Аврора…
— Что Аврора?! Ты узнал что-нибудь или нет?!
— Ты чего на меня кричишь? — тихо проговорил, стараясь подавить ее возмущение.
— Прости, Рус… просто… Просто… — ее голос и смена настроения были слишком непривычными для нее. Такими, что…
— Твою ж… — громко выругался, на время отдаляя телефон от лица сразу, как до меня дошло, что Рори меня не послушала.
— Я же просил тебя.
— Ты узнал что-то?
— Только не говори, что потеряла телефон у Богдана, — ехидно поинтересовался я, потирая переносицу. Вот же неусидчивая дама.
— Какой ты проницательный. Только хватит отвечать вопросом на вопрос.
— Скорее всего, он действительно потерял память, — на выдохе сказал я, сдаваясь.
— Скорее всего? — ахнула невестка, и я поспешил ей рассказать все, что узнал. Кроме причастности отца, конечно же.
Сам же все это время поглядывал на дорогу, ведущую к центральному входу. Был у этого кладбища и задний, там тоже был наш человек. На всякий случай.
— Вот и вся история, Рори, — выдохнул я, провожая взглядом семью из трех человек, выбравшихся из недавно подъехавшей машины. Следом за ними у ворот припарковалось такси.
— Так это наш или не наш Богдан? — всхлипнув, спросила Рори, больше напоминая сейчас свою девятилетнюю дочь, нежели взрослую женщину.
