Вскоре айфон включился и на него начали приходить сообщения от меня и Олега — видимо, о том, что мы звонили. Я перевел взгляд на дорогу, но все же успел зацепить неизвестный номер. Точнее, со знакомыми цифрами на конце. Взял телефон Авроры, самого сообщения видно не было на заблокированном экране, но вот номер, с которого оно пришло, отлично. Те же семь-восемь-семь на конце. Я быстро потянулся за своим телефоном, чтобы сверить номера, и увидел стопроцентное попадание.
Авроре написала Лия. С того самого номера, с которого звонила мне, когда я улетел в Сочи.
Я быстро доехал до первой попавшейся парковки и попытался разблокировать телефон невестки. В этот момент мне было все равно на неприкосновенность личной жизни и прочую лабуду. Я думал лишь о том, что моя Лия что-то написала Рори.
Ввел день рождения племянницы, затем Авроры и напоследок Богдана. После этого чертыхнулся и полез в свой айфон, нашел в телефонной книге Ульяну, но так и не набрал: она, скорее всего, отдала телефон матери. Быстро зашёл в телеграм и позвонил по видеосвязи.
Этот мессенджер был включен у неё на ноутбуке круглые сутки. Так и получилось. Если на телефон и прошёл вызов, то племяшка оказалась быстрее, ответив мне."
"— Да, — слишком бодро заговорила она.
— Ты совсем сегодня не спала?
— Поспишь тут с вами, — улыбнулась она и покрутила в руке толстую, но лохматую рыжую косу. — Сейчас врач приезжал, а мама уже сбежала. Охрана почему-то поменялась, а я ничего не знаю, — она задорно округлила глаза.
— Уль, у меня к тебе стратегически важный вопрос.
И надо сохранить его в секрете. Как всегда.
— Дя Рус, чего темнишь?
Так она меня всегда называла. Даже когда она повзрослела и научилась говорить слово «дядя», я все равно оставался для неё Дя. Правда, любимым. Олег был всего лишь Дя. Но сейчас не об этом.
— Мамин пароль от телефона знаешь? Мне очень-очень надо.
— Бабушкин?
— Нет, твоей мамы, а не моей, — усмехнулся я, ничуть не удивившись тому, что она знала и мамин пароль. Возможно, ей был известен и мой.
Лиса хитрая. Племяшка как-то нехорошо прищурилась. И я понял, к чему все идет. — Новый телефон. — Уля лишь хмыкнула. — Хорошо, я куплю тебе те туфли. Но! — перебил я ее до того, как она начала визжать, радуясь. — Маме не показывать их. А то она меня, кхм…
Я закашлялся, представляя, что Рори сделает мне за туфли на огромной шпильке для девятилетней девочки. И я даже понимал всю тяжесть своего поступка, но сейчас у меня не было другого выхода.
