Надеюсь, проклятье, которое наложил на вас призрак, уже сняли? Окружающим вас людям точно не грозит несчастье, или нам всем лучше держаться подальше?
Честно сказать, понятия не имею, есть ли такие проклятья, чтобы страдали окружающие, но говорила я громко, поэтому сплетни не миновать.
Ох, какое у Тьянмиры лицо! Приятно смотреть. Не привыкла змеища к моей манере общения, не ожидала отпора, ведь до этого не единожды унижала настоящую Илаиду. Но ничего. Отольются кошке мышкины слезки. Сейчас с моей помощью карма прилетит ей обратно.
– Проклятья не было! – вставил Людвиг ледяным тоном.
– Да неужто?! – вырвалось у меня. – Вы обращались к специалисту, или опять обошлись консультацией у ученика мага?
– Нахалка! – прошипела змеища."
"Она хотела сказать что-то еще, но Людвиг не дал ей это сделать.
– С такими вещами не шутят, Илаида, – ответил он. – Конечно, мы были у специалиста. Он сказал, что никакого проклятья нет.
Людвиг лгал. Я знала, потому что Аруан в лицах пересказал мне визит к дье Эвилям в образе некроманта, и заявил, что изгнал призрака, и снял проклятье.
Еще и максимально ясно довел до сведения детей Дориана, что волю покойного батюшки нарушать не стоит. И раз «призрак» не исчез после того, как Тьянмира забрала заявление, значит, почувствовал опасные намерения по отношению к тому, кого хотел защитить.
В общем, Аруан всячески намекал, что нужно всего-то не пытаться мне отомстить для того, чтобы избавится от призрака окончательно.
– Очень рада за вас. И восхищена вашей смелостью, Тьянмира, ведь именно в этом театре на вас напал призрак. Однако вы все равно пришли сюда, чтобы поддержать меня. Признаюсь, мне очень приятно!
Кто бы знал, чего мне стоило произнести эти слова и не рассмеяться. У Тьянмиры разве что пар из ушей не пошел от злости. Теперь, если она начнет наезжать на меня, то выставит себя злобной фурией, которая хамит на доброе приветствие. А тут ей надо будет изловчиться, чтобы куснуть завуалировано.
– О, нет, дорогая! – вмешалась в разговор Матильда. – Мы сюда пришли, чтобы тебя предупредить. Или даже предостеречь.
Голос лисы Алисы звучал настолько сладко, что сразу становилась понятно, что она выдаст какую-то гадость. Так и случилось.
– Ах, милая, мы очень беспокоимся. Ты столько сделала для премьеры, так старалась. Даже уговорила графа дье Омри вложиться в свою театральную постановку, – Матильда сделала многозначительную паузу.
