Она чуть взмахнула крылышками, ища равновесие, попрыгала, а потом, повернувшись ко мне хвостиком, посмотрела через плечо, словно оценивая реакцию на свое появление.
– Так вы иллюзионист! – сообразила я.
– Не совсем, смотрите дальше.
Птичка еще прошлась по ладони мужчины, а затем взлетела. Оказалось, что за маленькой пернатой красавицей остается желтый светящийся след. И этот след сложился в довольно крупное сердечко, которое едва ли уместилось бы в ладонях. Потом птичка исполнила кульбит через голову и исчезла.
– Какая она забавная! – хихикнула я.
– Приятно видеть, когда вы так искренне улыбаетесь.
Я подняла глаза на дье Кналиба, и застыла. В желтом свете, который падал от посверкивающего сердца, мужчина превратился в красавца, в волшебного принца из сказки. Его глаза обрели какую-то особую глубину, легкая улыбка раздвинула губы, черные брови чуть приподнялись.
Пожалуй, в Голивуде за актера с такой внешностью режиссеры просто передрались бы. Такая харизма.
– Вы очень красивая, Ила, – прочувствованно сказал мужчина.
Голос у него приятный, я сразу это заметила. – Это странно…
– Почему? – выдохнула я.
Наверное, надо было сделать замечание, ведь он без разрешения назвал меня по сокращенному имени, но я растерялась.
– Обычно красота редко сочетается с умом, талантом, умением себя держать, честностью и открытостью, и в то же время с завораживающей таинственностью. У вас есть гордость, но не гордыня, вы одинаково хорошо относитесь и к знатным людям, и к простолюдинам, подчеркиваете, но не выпячиваете свою красоту.
Идеальный вкус и сдержанность в одежде и, в то же время, некая эпатажность в том, как вы держитесь – уверено, ровно, естественно, без ужимок, кокетства и ложной скромности. На подобных приемах это выделяет вас из множества других леди…
Дье Кналиб замолк, но продолжал жадно рассматривать меня.
– Кажется, вы долго следили за мной, – произнесла я.
– Не совсем так. Наблюдал. Я замечаю больше, чем другие. По некоторым жестам, быстрым взглядам, выражению лица, когда человек думает, что его никто не видит.
Например, смотришь на девушку, она смеется, слыша шутки своего кавалера, смущается и даже заигрывает. Вроде бы демонстрирует мужчине свою симпатию. Но стоит приглядеться к мелочам, и мы видим другую картину: она слишком сильно стискивает веер, недовольно поджимает губы, опуская глаза в наигранном смущении, а когда собеседник отворачивается, и вовсе неприязненно морщится.
