– Нет! Я подумал, что ты очень красивая и позавидовал Винсу.
– Что?
– Не веришь? А я докажу!
Шон мгновенно оказался близко и впился в мои губы поцелуем.
Я не знаю, почему сразу его не оттолкнула. Наверное, растерялась. А потом не получилось. Ну, в конце концов, я же не каменная! Я в теле двадцатилетней девушки, у которой есть определенные желания и с гормонами все в порядке. Отчасти, для того чтобы приглушить все это, я постоянно работала. Когда каждый день устаешь так, что валишься с ног, думать о всяких там любовях не получается.
Да и что уж скрывать, Шон мне нравился, но симпатию к нему я старательно давила, ведь считала, что никакого будущего у нас нет. Содержанкой я не буду, а женой… он просто никогда не предложит мне чего-то подобного. По крайней мере, до этого момента я была уверена, что не предложит.
А сейчас, когда он решил, что моей семье принадлежит редкий артефакт, сразу сделал предложение руки и сердца. Это было до слез обидно, но обида и злость на него как-то быстро переплавились в страсть.
Я неожиданно для себя стала отвечать так, что дыхания не хватало. Сама обвила его шею руками, притягивая ближе, сама прижалась к горячему телу, сама потерлась бедрами о твердый бугор на штанах Шона.
Это не оставило его равнодушным: руки графа спустились с моей талии на ягодицы и чуть сжали. Я застонала, отстраняясь от его губ, и Шон начал целовать шею. Ох, какая тут чувствительная кожа, меня словно маленькой молнией ударило, я выгнулась назад, открывая пространство для дальнейших поцелуев.
Шон не подвел.
– Если ты сейчас не прекратишь, то я за себя не ручаюсь, – хрипло сказал дье Омри, посмотрев на меня так, что от вожделения, горящего в его взгляде, все внутри сжалось от предвкушения.
– Что прекращу? – еле выговорила я.
Между ног было горячо и влажно. Мозг, кажется, вообще не работал.
Шон скосил глаза, и я поняла, что расстегнула три пуговицы на его рубашке. Когда успела-то?
– Плевать! – выдохнул он, махнув рукой в сторону двери.
Какая-то магическая защита обвила ручку.
Похоже, теперь в кабинет не войти. Пока я растеряно моргала, Шон подхватил меня под ягодицы и посадил на край стола, задрав юбку выше колен.
– Стоп! Стой! – наконец, пришла в себя я, перехватив руки графа, которыми он уже оглаживал мои бедра.
Ох, как же приятно-то…
– Шон, остановись!
– Я хочу тебя! – интимно прошептал он, наклонившись к моему уху, но руки убрал, упершись в край стола.
– Я тоже, – призналась я. – Но кабинет Юранса – ужасный выбор.
